Deprecated: Function split() is deprecated in /var/www/vhosts/perumov.com/httpdocs/netcat/full.php(86) : eval()'d code on line 1 Ник Перумов // Статьи и рецензии // Статьи - Несколько слов о военной кампании Олмера - Андрей "Азир" Северин
Новости
Биография
Книги
Интервью
Творец
Общение с читателями
Форум
Гостевая
Статьи и рецензии
Карты и иллюстрации
 
Rambler's Top100

Статьи

Несколько слов о военной кампании Олмера - Андрей "Азир" Северин

В трилогии Ника Перумова «Кольцо тьмы» центральное место занимает вторжение Олмера, в ходе которого были разбиты войска «старого света» и основано несколько новых королевств. Основная цель данной статьи – систематизировать, изложенные в книге факты и проанализировать ход кампании. Наибольшее внимание я постараюсь обратить на оценку численности войск Олмера, поскольку данный пункт вызывает зачастую наибольшее количество споров. Заранее хочу попросить прощения за затянувшееся предисловие, мне нужно было подробно разъяснить от каких данных я буду «плясать», а также осветить некоторые моменты, касающиеся потерь и особо крупных армиях нашей истории. В книге много белых пятен, которые автор просто не раскрывал, поэтому, предваряя сам анализ кампании Олмера, мне пришлось дать описание того фундамента, на который я опираюсь, чтобы ни у кого не сложилось впечатление, будто бы я беру цифры «с потолка».  Замечу, что в большинстве случаев я буду вести речь об армиях допороховой эпохи.

 

- Предмет и методы исследования.

 

Прежде всего, стоит определиться с предметом исследования, поскольку он напрямую влияет на используемые материалы. Касаясь оценки численности войск Олмера, я буду говорить о тех войсках, которых он реально собрал и привел – это достаточно важный момент. Дело в том, что в книгах есть два типа цитат – первые говорят о том, сколько реально народу участвовало в конкретных битвах, вторые отражают гипотетические мобилизационные возможности государств, в которых Олмер мог черпать свои войска. Сами по себе мобилизационные возможности не всегда дают представление о том, сколько в действительности было воинов в той или иной армии. Например, население государства Селевкидов оценивалось в 30 млн. жителей, в то время как в боях участвовало куда более «скромные» численности всего 50-80 тыс. человек, Бикерман вполне справедливо замечает, что всеобщая мобилизация просто была бы слишком накладна. То же справедливо и для оценки численности войск Олмера – нас должны интересовать только те данные, которые говорят о реально пришедших с ним людях (и не только людях), поэтому я готов заочно согласиться с любой гипотетической цифрой относительно того, сколько _мог_ привести Олмер – хоть миллион, хоть миллиард. Причем я даже готов согласиться, что потом эти миллиарды перекочевали на новые территории «старого света» и осели там. Как следствие, я не буду придумывать, какие либо дополнительные войска, которые прятались в тылу, либо пришли после окончания войны, а может вовсе курили бамбук в кустах. Для победы Олмеру понадобилось определенное (условно, конечно) количество боевых единиц, их мы и будем считать, все кто пришел «потом» меня не интересует, поскольку они не оказали влияния на ход кампании. Я почти не буду использовать данные о тех войсках, которые выставлялись позднее новыми государствами, образованными на осколках «старого света». Проблема в том, что невозможно учесть те многочисленные племена, которые пришли уже после войны, а потому такие данные относятся к разряду все тех же гипотетических возможностей, которые не сильно нам помогают. Я бы даже сказал, мешают. :)

Следовать различным художественным гиперболам и прочим фигурам речи я не буду, поскольку из слов «вал», «орда» и пр. не возможно точно вычленить какую-либо достоверную информацию, все-таки анализируется художественное произведение. С другой стороны в книге много вполне конкретных цифр, нам остается лишь заполнить оставшиеся лакуны.

Методы исследования исторических источников дадут возможность восстановить различные лакуны, которые будут неизбежно возникать при анализе. Это не так сложно, благо наши историки накопили много методов работы с первоисточниками при минимуме входной информации. Лучше всего здесь подойдет метод Дельбрюка, который хорошо характеризуется следующий цитатой: «Правильный, единственно достоверный метод — не тот метод, при котором, за неимением достоверных сведений, пользуются менее достоверными, стараясь сделать их более или менее вероятными, но тот метод, при котором твердо и резко разграничивают, что следует считать правильно переданным и что нельзя считать таковым». Иначе говоря, если отсутствуют данные о численности какой-либо армии – это не повод объявлять ее слишком большой (многие сотни тысяч) или наоборот слишком маленькой, необходимо проводить подробный анализ, из которого и можно будет представить ее истинную численность.

 

- Необходимое предисловие.

 

Прошу простить меня за некоторую многословность, однако, прежде, чем приступать к анализу компании Олмера нужно подготовить читателей. Хотя Ник Перумов и говорил, что прямых исторических аналогов в народах Средиземья нет, в повествовании достаточно явно прослеживаются определенные отличительные черты вполне земных прототипов. В большей степени – это касается военной организации, а именно она нас и интересует. В книгах Перумова прослеживается явная любовь автора к античным принципам формирования армии, и если в более поздних книгах (как, например, Алмазный меч, Деревянный меч и далее по всему циклу) переносится римская система целиком, то в «Кольце Тьмы» та или иная античная традиция просто взята за основу. К примеру, Роханская военная система почти полностью копирует македонскую, точнее армию Александра Македонского вплоть до тактики, а за четкими перестроениями гондорцев видны манипулы дисциплинированных легионов. Что нам дают эти аналогии? На самом деле, многое – имея на руках реальные исторические прототипы можно рассуждать о возможных потерях того или иного подразделения, а также реконструировать те моменты битвы, которые могут быть не достаточно освещены.

Прежде всего, я хотел бы составить у читателей правильное представление о том, что значит большая или маленькая армия. Нужно это для того, чтобы ни у кого не сложилось впечатления будто бы я занижаю (или наоборот завышаю) численность войск Олмера. Что значит «мало» я думаю объяснять не нужно, а вот посмотреть какие наиболее крупные армии водили в бой в античности все же стоит.

Далеко не все знают, какие же армии были характерны для той же античной эпохи или средних веков, поэтому нередко можно услышать высказывания о сотнях тысяч монголов пришедших на Русь или миллионах персов, что привел Ксеркс против горстки греков. По большей части такие заблуждения возникают от некритического взгляда на первоисточники, которые нередко сильно преувеличивали размеры армий. В действительности же самые масштабные сражения древности (я имею виду до огнестрельную эпоху) происходили между войсками, которые редко превышали по численности сто тысяч человек. Говоря о Риме времен пунических войн, следует упомянуть битву при Каннах, в которой участвовало около восьмидесяти тысяч солдат со стороны Рима (и порядка 50 тыс. у его противников), причем эта армия считалась экстраординарной по своему размеру. Полибий (III,  107) указывает численность тогдашней стандартной армии примерно в 20 000 человек, усиленной - вдвое больше (т.е. те самые полчища), ну а 80 000 – это уже акт отчаяния. Примечательно, что эта огромная армия в 80 тыс. человек была набрана после ряда крупных поражений. Однако мобилизационные возможности Рима были настолько велики, что он мог выставлять крупные войска одно за другим, но не сразу пол миллиона. Причина крылась в проблемах со снабжением таких крупных армий, а также сложном манипулированием (см. например, сообщение Адриана Голдсуорти «Во имя Рима», АСТ, стр. 485). Эллинистические государства, созданные на завоеванных Александром Македонским территориях, хотя и собирали внушительные армии, но они также не были столь велики по современным меркам. У Селевкидов: 74 500 при Ипсе союзническая армия (собственно Селевк, а также Лисимах и Плейстарх)  (Plut., Demetr., 28-30), 62 000 при Рафии (Polyb.,V, 79), 72 000 при Магнезии (App., Syr., 32; Polyb., XXI, 10, 2) и 80 000 против Парфян (Diod., XXXIV, 17), сопоставимые войска выставлял и Птолемеевский Египет. Можно долго говорить о разных битвах, но я только лишь хочу, чтобы читатель правильно понимал порядок цифр и не считал будто бы 10 000-30 000, маленькая армия - очень даже большая по меркам Средиземья и нашей истории. Приведенные же выше данные – это скорее рекордные показатели для своего времени.

Несколько слов стоит сказать и о потерях. Дело в том, что современный кинематограф рисует нам битвы древности как некую кровавую свалку, где победитель определяется по количеству выживших в общей мясорубке. Неразберихи добавляют те, кто сравнивает потери в армиях пороховой и допороховой эпох, хотя это, в общем-то, разные вещи. Попытки вывести наиболее типичные потери для той или иной эпохи будут напоминать измерение средней температуры по больнице, хотя определенные закономерности можно отметить. Наибольшие потери несли, как правило, при окружении и преследовании, когда противник терял даже некоторое подобие строя. Если же окружения не случалось, а преследование было не особенно длительным, то проигравшая сторона могла потерять не более 15 % личного состава, в то время как победитель около 5 %. Например, Адриан Голдсуорти называет серьезными потери в 10 % римлян как победителей. Конечно, бывают исключения, например, достаточно ожесточенные бои, в ходе которых потери обеих сторон бывают очень значительными, но все же для этого есть причины. Замечу, что в отдельных случаях потери победителя и проигравшего могут сильно различаться – как бы Вы отнеслись к такому соотношению: 20 000 убитых у проигравшего и сотня у победителя? Не может быть, скажите Вы, тем не менее, именно такие потери указывают два источника в битве при Пидне (Plut., Aemil., 21; Liv., 44.44. 1-3) – 20 000 убитых македонян и всего сотня (80-100) римлян. Я не ставил перед собой целью углубляться в этот вопрос, скорее это просто краткая памятка для читателей, которая призвана донести одну простую мысль – потери в той или иной битве, прежде всего, зависят от хода боя и соотношения качества солдат и они могут быть очень не значительны. Поэтому, если кому-то в ходе прочтения дальнейшего, покажется, что погибших слишком мало (ну или много), вспомните этот блок.)))

 

- Вторжение.

 

Отправной точкой к нашему анализу будем считать сражение на реке Андуин, хотя война  началась со стычки у стен Аннуминаса, но это была разведка боем и особо полезной информации мы оттуда почерпнуть не можем. Битве предшествовал общий сбор войск Олмера, после которого они разделились – большая часть пошла к Андуину, а несколько отрядов атаковали Северный Итилиен.

Нам точно известна численность войск Олмера на Исенской дуге из этой цитаты:

От гор на юге и до зеленой полосы лесов на  севере  -  в  надвигающемся сером море не видно ни единого разрыва. Куда там  Саурону  с  его  жалкими отрядами орков! Куда там Олмеру, что привел на  Исенскую  Дугу  около  ста тысяч! (Адамант Хенны)

Примечательно, что в этом отрывке происходит сравнение полчищ перьеруких и самых больших армий, которые когда-либо видело Средиземье. Т.е. помимо достаточно точных данных относительно армии Олмера (это прямой авторский текст) на Исене мы еще и знаем, что это было самое  большое войско, которое Вождь собирал в одном месте.

Таким образом, армию Олмера на Андуине нам следует оценивать как несколько меньшую, по сравнению с Исеной – около 70-80 тыс. Вряд ли меньше, поскольку после Андуина Олмер получал лишь подкрепления к основной армии.

Численность Роханцев не в пример меньше – к Андуину привели около 25 тысяч человек. Они перебросили к Андуину одни из своих лучших сил (Фолко отмечал, что собраны были лишь «крепкие мужи, достигшие расцвета мощи тела и духа»). Соотношение пехоты и конницы не сложно установить, вспомнив распределение в войсках Александра Македонского (как я выше указывал, именно македонская военная система является прототипом Роханской) оно составляет 1:6, но это соотношения для всей пехоты, которая включает в себя еще и легковооруженных, которых на Андуине было немного.  Принимая во внимание этот факт, соотношение нужно применить скорее к Исенской армии, т.е. численность конницы  стоит оценивать в 8500 тыс. Соответственно около 16 500 составляли пешие – от них следует отнять некоторое количество «засадных» бойцов, которые в конечном и счете и спасли роханцев от полного краха, т.е. редуты защищало примерно 15 000 пехотинцев. На первом этапе боя потери атакующих и защитников были не значительные – роханцы могли действовать из-за укреплений, а первые шеренги нападавших составляли панцирники, которым был нипочем обстрел на сколько-нибудь значительном расстоянии. Ситуация обострилась для воинов Вождя во время высадки, впрочем, хазги значительно превосходили лучников марки и поэтому защитники также находились в  сложном положении. Таким образом, потери атакующих на этот момент, вероятно, не превышали тысячи человек, больше просто не могло погибнуть, поскольку по ним велся только лишь лучный обстрел и относительно не долго. Роханцы потеряли еще меньше – возможно несколько сотен. Наибольшие потери олмеровцы понесли при непосредственном штурме частокола, тогда размен шел 1 к 4-5. Здесь атакующие могли потерять до полутора-двух тысяч убитыми, но вряд ли больше. Дело в том, что основной замысел роханцев состоял в том, чтобы заманить противника в ловушку и нанести удар конницей, поэтому защитники практически сразу оставили свои позиции. Примечательно то, что отступали роханцы прямо под щиты вестфольдингов, но построить фалангу за тот короткий промежуток просто не возможно, следовательно, большая часть воинов занимали позицию за частоколами, в то время как остальные защищали укрепления и попали в строй уже после того, как были выбиты. Т.е. укрепления защищала не вся пехота, а только лучники, разбавленные некоторым количеством фалангитов и мечников. После этого фаланга начала отступать. Отход для фаланги – это худшее, что могло случиться, вестфольдингов окружили – с фронта ударила тяжелая пехота Прирунья, с флангов и тыла насели истерлингские конники.  Положение усугублялось обстрелом хазгов, в такой ситуации потери роханцев возросли многократно,  а вот атакующие смогли вздохнуть спокойно. Наконец, поспевает долгожданное подкрепленное и «засадная» конница рохана обрушивается на полки вождя. Воинов Олмера атакуют с нескольких сторон - вестфольдинги теснят с фронта, а с фланга наседает конница. Но практически сразу Эарнил наносит контрудар ангмарцами и хазгами, а фаланга снова начинает отступать. Стоит отметить, что временной промежуток, когда воины Олмера находились в окружении, был довольно не продолжительным. На момент описываемых событий, шел конец ноября, а значит, световой день был довольно коротким, при этом основное время фаланга отступала и отбивалась – это можно понять по следующим двум цитатам:

Фолко сбился со счета, сколько натисков им пришлось  выдержать.  Вконец выбились из сил даже неутомимые гномы. Теперь уже  было  не  до  "железных клювов", главное - не разорвать строй, прикрыть собой уставших еще  больше тебя...  Если  бы  не  всадники  Марки,  наконец  пробившиеся  к  фаланге, вестфольдингам пришлось бы совсем туго.

   Последние часы Фолко рубился уже почти машинально. (Черное Копье)

И:

Роханцы отступали весь день - до глубокой  ночи. (Черное Копье)

Таким образом, можно с уверенностью утверждать, что период окружения и избиения войск Вождя был не то, что не продолжительным, а эпизодическим в масштабе всей битвы.

Контрудар ангмарцев и хазгов окончательно предрешил исход битвы. Потери роханцев были катастрофическими, погибла половина армии:

Оставшиеся тринадцать тысяч из двадцати пяти вступивших в бой уходили к Эдорасу. (Черное Копье)

Олмер, вероятно потерял не в пример меньше – две-три тысячи при штурме частокола и чуть меньше при атаке роханской конницы и от огрызающейся фаланги, т.е. всего не больше 4-5 тысяч (а, скорее всего меньше). К ним стоить прибавить разбитый авангард Вождя, на который напала гвардия короля – возможно, около 1000-1500 воинов.

Окидывая взглядом прошедшую битву, мы можем обнаружить то, что роханцы практически всю битву отступали или сражались в окружении – укрепления были практически сразу оставлены (собственно это и было частью плана), а атака кавалерии остановлена контрударом конницы вождя. Роханское командование все поставило на одну атаку, которая в итоге окончилась неудачей. Кому-то может показаться, что причина поражения здесь кроется в ошибке роханского командования, но их действия как раз более чем понятны – если мы еще раз внимательно посмотрим на битву, то обнаружим, что преимущество при штурме частокола было на стороне воинов Вождя. Сначала хазги подвергнули укрепления роханцев такому обстрелу, что никто не мог даже высунуться из-за частокола, причем сделали это на том расстоянии, на котором защитники даже не могли им ответить. Не удивительно, что роханцы просто не смогли остановить одну сильную атаку воинов вождя, лишь проредили шеренги наступающих. Тяжелая пехота роханцев приучена к сражению в плотных построениях и играет роль наковальни, в то время как конница – молота. Т.е. наиболее эффективны такие войска на более-менее открытой территории, но защита частокола изначально ставит их в заведомо проигрышное положение – укрепления не дают встать в свой родной «строй», а конница просто бесполезна. С другой стороны, воины Олмера – индивидуалисты и привыкли сражаться сами по себе (по крайней мере, большинство). Поэтому план роханцев был вполне логичен - сначала выманить нападавши х на открытое пространство, где сможет развернуться фаланга, после чего ударить конницей. Вот этого-то им Олмер и не дал сделать, перебросив собственную конницу против роханской – вот почему вождь смог так легко взять этот рубеж.

 

-Исенская дуга.

 

Одержав победу на Андуине Олмер, вынужденно замедлил свое наступление, подтягивая подкрепления. Благодаря этому роханцы смогли скорым маршем дойти до Исены, собрав к тому времени немалую армию, состоявшую впрочем, по большей части из ополченцев.

Сколько привел Олмер, мы уже знаем – это сто тысяч бойцов, что примечательно – это и есть основные войска Вождя: «показав  всем  истинную  силу  своих армий, Олмер бросил все, что  имел,  в  стремительный  прорыв  к  Исенским Бродам и Воротам Рохана» (Черное копье). Впрочем, вся эта армия, очевидно, собралась не сразу, а подходила в течение нескольких дней. Такое большое войско должно было разделено на несколько колонн, которые прибывали к Исене постепенно (роханские разведчики фиксировали постоянно стекающиеся войска вождя). К отступающей армии роханцев присоединилось около семи тысяч ополченцев и еще сорок тысяч подошли чуть позже («все способные сидеть в седле и держать копье»).  Таким образом, общая численность воинов Марки составляет 60 тыс. человек. Такую большую армию Роханцы выставили впервые (см. слова Эодрейда: «На  Дуге  у  нас  было шестьсот полных сотен! Никогда Рохан не выставлял такой силы, и что же?» (Адамант Хенны))

Первыми в бой пустил зверей, размером с тигра и обладавших столь же внушительным «боевым арсеналом». Впрочем, у этих тигроволков был один серьезный недостаток – отсутствие брони, в результате которого, половина этого зверинца полегла, не добежав до фаланги. Те же, кто добрался до строя вестфольдингов, умирая, забирали с собой, по крайней мере, одного воина, впрочем, фаланга осталась непоколебимой. Атакой тигроволков Олмер прикрывал высадку тяжелой пехоты истерлингов. Фаланга не ждет у моря погоды и атакует истерлингов сразу после переправы. Истерлинги наступали разрозненно и потому их тут же отбросили. На других участках стояли менее качественные воины Рохана, однако и противостояли им далеко не лучшие бойцы Вождя (хегги, ховрары и еще какая-то шваль). Таким образом, потери роханцев в первый день битвы незначительные – пару сотен человек при атаке зверья, плюс небольшое количество от обстрела хазгов. Небольшое, потому что хазгам приходилось стрелять снизу-вверх, ибо на Исене достаточно высокие берега, плюс им мешал ветер, в таких условиях дальнобойность луков значительно снижается. Более существенные потери должны были быть на других участках Исены, ввиду паршивости набранных солдат, однако, они нивелируются аналогично низкими способностями атакующих. Фаланга при схватке с истерлинами строй не теряла, да еще и пахари были в беспорядке, так что она потерь либо совсем не понесла, либо совершенно мизерные в виде десятка раненных и убитых. Таким образом, общие потери роханского войска составляют не более тысячи  воинов. У Вождя в пять раз больше, т.е. 4500-5000 воинов. Ночью было убито еще 200 человек Олмера (и ~ 40 роханцев). Второй день прошел относительно спокойно, за исключением кровавой схватки у Белых Гор. Впрочем, туго там пришлось всем. Третий и четвертые дни – это просто нестройные атаки всяческого мяса, типа хеггов. Скорее всего, совокупные потери за этот период не превышают убитых во время первого приступа. Дело в том, что основной удар Олмер попытался нанести в первый день, однако, потерпев неудачу, он сменил тактику – теперь он брал роханцев измором («Олмер не дал спать роханцам и ночью. Однако хегги шли в бой  вяло,  уже наученные потерями; стоило надавить, и их  нестройные  сотни  рассыпались, бросаясь вплавь назад, через Исену. Многих нашли в воде  меткие  роханские стрелы, но результат, как понял Фолко, стоил потерь - вестфольдская пехота уже с трудом держала строй. Сказывалась усталость» (Черное Копье)). Задача Олмера была проста – сначала измотать роханцев непрерывными атаками, потом, усилив какой-нибудь участок лучшими войсками, идти на прорыв. Какие были перспективы у Роханцев? Печальные – сопротивление могли сломить в течение буквально нескольких дней. Чтобы не довести дело до такого, роханские командующие на пятый день подготовили Олмеру ловушку - в отличие от предыдущих дней фаланга не стала атаковать врага сразу после переправы, а дожидалась его в стороне. Затем вестфольдинги под атаками войск Вождя начинают медленно отступать. Этот маневр схож с тем, что выполнил Ганнибал при Каннах – сначала центр отступает под давлением вражеских сил, потом наносится удар с флангов и последующий выход в тыл. Сначала все шло идеально, фаланга заманивает в ловушку войска Олмера, после чего из засады атакует роханская конница и армия Вождя оказывается в окружении. Длилось это правда не долго, сразу же наносят с тыла контрудар дунландцы и роханцы оказываются в той яме, что копали Олмеру. Примечательно, что после окружения войск Олмера значительной схватки не было, атака дунландцев следует сразу:

«Роханская  Марка  была  в  одном  шаге  от  величайшего  триумфа  в  своей истории...

   Сперва никто не понял, что произошло. Где-то на  левом  крыле  воинства Марки вдруг поднялась какая-то суматошная  неразбериха,  раздались  чьи-то неразборчивые боевые кличи. Сердце хоббита прыгнуло, как мяч, вновь, как и в минуты победного натиска на Андуине, восторг сжал горло... и  тут  строй воинов Рохана, сжимавший кольцом полки Олмера, не выдержал.» (Черное Копье)

Вот сердце хоббита подпрыгнуло от радости, и вот уже рухнул строй роханцев. Отсюда следует, что атака роханской конницы и была сигналов к наступлению дунландцев, т.е. Олмер снова опередил своих врагов, ударив раньше, чем его враги смогли нанести ему серьезный урон.

Потери в Роханском войске были катастрофическими – погибло 30 тыс. человек («[Фолко] Изведал смертную горечь -  после  поражения  на  Исенской  Дуге,  когда  под  ноги воинства Олмера легло тридцать тысяч  роханских  храбрецов» (Адамант Хенны)). Остатки были рассеяны, но впоследствии собраны Эодрейдом. Воины Олмера были победителями в этой битве, но сколько они потеряли? Наибольшие потери они понесли в первые четыре дня, как ни странно, но наполненная героизмом схватка пятого дня была, вероятно, не так кровопролитна для воинов Вождя. Дело в том, что роханская армия повторяла судьбу Андуинский бродов – сначала они сознательно отдали инициативу Вождю, тем самым, снизив его потери до минимума. После атаки дунландцев роханцы просто попали в окружение. Примечательно, что хотя воины Марки смогли на некоторое время  окружить армию Олмера, нанести серьезный урон они уже не успевали, для этого нужно несколько часов беспрерывного боя с окруженным противником, однако, «мешок» прорвали почти сразу.  Иначе говоря, мы получаем три этапа боя на Исенской дуге – первый штурм (первый день), изматывания роханцев (второй-четвертый дни) и последняя атака (пятый день), такую разбивку я сделал, поскольку потери за все три периода сопоставимы. В первый день Олмер, по нашим подсчетам потерял около 4500-5000, значит, всего при Исене осталось порядка 13000-15000 мертвых воинов Вождя. Если мы сверимся со шпаргалкой, которую я приводил выше, то получим 13-15 % от общей численности войск Вождя при Исене, что вполне соответствует описанию боя, как достаточно тяжелого для Олмера.

 

- Сквозь Эриадор.

 

После поражения роханцы были рассеяны и отступали разрозненными группировками. Выживший принц Эодрейд стал основным центром притяжения для воинов Марки, но серьезно повлиять на исход кампании Олмера они уже не смогли.

Прознав о поражении роханцев, начал активно действовать Гондор, бросив в след Олмеру свою армию. Со слов Санделло, нам известна ее численность – это тридцать тысяч человек. Следует различать обычную регулярную армию Гондора и всеобщее ополчение, которое объявляется при серьезной угрозе. По сути, здесь военные организации Гондора и Рохана схожи – есть регулярная профессиональная армия в 30 тыс. человек, о ней говорит герцог Этчелион: Небольшая  наша постоянная армия отобьет даже крупное вторжение кочевников - но против сил всего Востока... (Черное Копье) Мобилизационные возможности Гондора отмечал еще Фолко, как десятикратно превышающие войско Вождя при Аннуминасе, т.е. 80-100 тыс. человек. Как можно видеть, Гондор теоретически мог собрать почти столько же, сколько и Рохан. Но всеобщая мобилизация не была объявлена:

- То  есть  король  не  объявил  сбор  ополчения?  -  полуутвердительно произнес Атлис, уже сам зная ответ.

   - Разумеется, нет!  -  буркнул  Торин.  -  Самое  большее,  чего  может добиться Этчелион, - это войсковых учений на северной  границе...  (Черное Копье)

 Почему же король Гондора выступил против Эарнила только после разгрома роханцев и не пытался оказать им помощь? Чтобы отвлечь внимание от основного места атаки, Олмер создал видимость вторжения в Гондора, напав на него в Северном Итилиене и на юге. О замыслах Вождя мы зачастую узнаем от главных героев повествования, которые играют роль «голоса автора». Самоуверенность гондорцев сыграла с ними злую шутку – все королевские нобили просто отказывались поверить, что Олмер посмеет обойти Минас-Тирит и нанести основной удар по Рохану. Впрочем, не все оказались идеалистами и герцог Этчелион предложил отправить часть войск «к границам, занять засечные

черты в Северном Итилиэне», а полки «Элкариовона и Бербеорна вместе с  конными

сотнями Анориэнских земель» должны были составлять вторую линию. Таким образом, можно видеть, что конная часть второго эшелона должна была составлять всего несколько сотен человек, а значит, общее количество Гондорских войск в том районе не превышала десятой части регулярной армии, т.е. 2500-3000 человек, преимущественно пехотинцев. Впрочем, какие силы были переброшены в Анориэн и Северный Итилиен сказать сложно, поскольку идею Этчелиона подвергли жесткой критике на совете.

 Целей своих Вождь добился, все лидеры старого света были уверены, что Олмер будет биться головой о стены Минас-Тирита, повторяя судьбу Саурона. Настроения, царившие в совете Гондора легко понять по следующей цитате:

 Что за странные учения предлагает нам почтенный Этчелион? Какой  же  враг  оставит  в  тылу  нашу неприступную крепость? Разве не ясно, что любой удар может быть нацелен на Минас-Тирит, и только на него! Сам повелитель  Черных  Всадников  не  смог миновать роковых для него Пелленорских Полей!  Неужели  наследники  Зла  - если таковые отыщутся - окажутся глупее?

   -  Вполне  возможно,  что  они  окажутся  и  поумнее,  -  довольно-таки невежливо вмешался в разговор Торин. - Зачем им биться лбом о несокрушимые бастионы?  Гораздо  разумнее  сковать  силы  Гондора  на  юге  и   севере, прорваться в Рохан, рассечь Соединенное Королевство и  потом  разбить  его армии по частям. (Черное Копье)

Остается только добавить, что, в конечном счете, так и получилось – Гондор атаковали с нескольких сторон, в то время как Олмер бросил основные силы к Андуину. Учитывая воззрения нобилей, неудивительно, что атаки истерлингов были восприняты как основное вторжение Олмера. Летописцы Гондора уже начали говорить, о том, что на них «навалилась сила, не меньшая, чем в  дни  Войны за Кольцо», но как оказалось несколько поспешили с выводами – основной удар пришелся по Рохану. Теперь, зная истинное стратегическое назначение этих войск, мы можем примерно оценить их численность. По сути в Анориене и Северном Итилиене просто создавался эффект присутствия – возле Кайр Андроса оставили некий отряд, который «не давал снять оттуда полки». В Северном Итилиене произошло столкновение пограничных отрядов гондорцев и воинов Олмера, вероятно, состоявших преимущественно из истерлингов. Гондорцы, по словам Атлиса, уступали противнику в искусстве «лесной войны» и были отброшены к Осгилиатской дороге, где подошло подкрепление. Как можно видеть истерлингам противостояли приграничные войска гондорцев, которые были, как я показал выше, крайне малочисленными, отсюда и значительные успехи первых. Численность войск Вождя там не было большим – не более 10 тысяч, в противном случае они могли прорваться куда дальше, истерлинги же завязли при более-менее активном сопротивлении.

Основная часть харадримов ударила по Южному Гондору, но встала в районе Пороса. Гондор чисто физически не мог удержать даже меньшие по численности войска харадримов, ввиду очень и очень протяженного фронта до Пороса. Более того, если посмотреть на карту военных действий, то можно увидеть, что гондорцам там угрожали фланговым (а то и тыловым) ударом. Наступление велось с четырех сторон на довольно протяженном фронте, потому их отход к Поросу обусловлен не численным превосходством харадримов.

Стоит заметить, что харадримов встречали пограничные войска, а отнюдь не полевая армия Гондора, которая на тот момент находилась в окрестностях Минас-Тирита, под командованием короля:

король  Гондора,  даром что отмахивался от  предупреждений  и  не  хотел  верить  в  надвигающуюся угрозу, поняв наконец, что  к  чему,  оставил  столицу  и  кинулся  вослед Олмеру... (Черное Копье)

Фактически общие силы, атаковавшие Гондор, нам следует оценивать как равные или уступающие по численности полевой армии короля, т.е. около 30 тыс. человек. Будь их больше, король Гондора просто не смог бы так легко оставить собственную столицу на длительное время и уйти за Олмером. В конечном счете, так и получалось, что, оставив собственную столицу, король лишился собственной армии и уже не мог придти на выручку осажденному Минас-Тириту, который позднее был взят с огромными потерями для обеих сторон. Кстати, почему-то факт взятия Минас-Тирита убеждал людей в невероятных количествах войск его атаковавших. Я понимаю, откуда проистекает такая уверенность – множество раз подчеркивается, что эта крепость неприступна, а потому мы вроде бы должны сделать вывод, что только огромная армия  способна взять стены (вероятно, построив насыпь из собственных трупов, по которой и перейдя на стены). Увы, это не так, как  я покажу ниже на примере Серой Гавани, подобного рода крепости строятся таким образом, что защитникам всегда противостоять небольшое количество осаждающих, а потому их численное преимущество роли не играет. Можно привести под стены Минас-Тирита хоть миллион воинов, но без нужных навыков осадного искусства – это приведет лишь к бесславной гибели столь значимой армии от голода. В действительно же, то, что Минас-Тирит в конечном счете пал свидетельствует только о том, что в осадном искусстве харадримы были достаточно искушены, чтобы преодолеть стены. Наверное, эта фраза сразу вызывает у Вас весьма противоречивые чувства – как так, неприступный Минас-Тирит и вдруг пал, что же за методы оказались на вооружении харадримов? Ничего особенного. Дело в том, что если мы снова обратимся к нашей истории для понимания того, что могли противопоставить харадримы гондорцам, запертым крепостям, то обнаружим, что основные методы осадного искусства на протяжении веков практически не менялись. Тараны, подкопы, осадные башни – все это было широко известно в мире Средиземья. Увы, но самые огромные бастионы, зачастую не могли устоять перед простым подкопом, когда прокапывался длинный туннель под стены, после чего потолок образовавшейся «пещеры» подпирался деревянным сооружениями и поджигался, а стена оседала в облаке пыли. Конечно, осажденные тоже не должны были сидеть сложа руки, рылись встречные подкопы, выкуривались вражеские землерои и т.д. Я всего лишь хочу показать, что осада крепости это противостояние в большей степени инженеров и строителей – роются подкопы и встречные ходы, используются осадные башни, которые сжигают осажденные в отдельных вылазках, подводятся к стенам тараны, которые разбиваются камнями с верхних ярусов. Роль здесь играет не численность войска, а его упорство и инженерные таланты отдельных людей.

Вернемся же к полевой армии Гондора. Войско шло на соединения с силами Арнора, объединившись с Наместником, король мог получить хорошее подкрепление в виде многочисленной тяжелой конницы, но этого Олмер уже не мог допустить. Оставив некоторое количество войск на этапных пунктах, Эарнил разделил свою армию на две части: ангмарцы, истерлинги и хазги сцепились с арнорцами, а пехота с оставшейся конницей пошла на перехват пешего гондорского войска. Когда весть о том, что Олмер столкнулся с силами Наместника, дошла до короля Гондора, он решил прорваться на помощь к своему союзнику и выступил вперед с одной лишь конницей. Посмотрим, сколько кавалеристов мог отправить король на соединение с Наместником: основная ударная сила гондорского войска – это пехота, соответственно в таком случае соотношение пеших и конных не превышает 1:6. Однако в войске короля было крайне мало легкой пехоты (лишь некоторая часть лучников, которая действовала в составе основной колонны панцирников), отсюда мы можем сделать вывод, что часть ее была оставлена в крепостях, а значит соотношение 1:6 нам следует несколько подкорректировать в сторону увеличения кавалерии. Т.е. численность конницы нам следует оценивать как 7000-8000 голов, обладай король меньшим количеством кавалеристов, он бы не стал пытаться идти на соединение с Наместником. А сколько мог выставить Арнор? В битве при Аннуминасе арнорцы привели 5000 конников, причем известно, что столько же войск осталось в резерве, т.е. общая армия (именуемая в книге «дружина») Наместника должна была насчитывать около 10 000-12 000 человек. По своей организации Арнорская кавалерия ближе всего к рыцарской. Конечно, она несколько «улучшена», но в целом это тяжелая конница, которая мощным таранным ударом опрокидывает врага. Проблема в том, что лобовое столкновение с такой кавалерией не входило в планы Олмера и он просто засыпал арнорцев стрелами, лучники же Наместника не смогли ничего противопоставить ангмарцам и хазгам. Как только Наместник, не выдержав атак Олмера, был вынужден отступить, Вождь перебросил ангмарцев и хазгов на встречу коннице короля Гондора. Эти войска, по наблюдения Этчелиона, втрое превышали конницу короля Гондора, а значит, составляли около 20-25 тыс. человек. Король в данной ситуации принял наиболее мудрое решение – он отступил к пехоте.

Теперь давайте разберемся, что же произошло за это время с гондорской пехотой. После разделения войск ее задачей было двигаться на соединение с остатками роханской армии. Этим планам не суждено было сбыться – на восьмой день после ухода конницы, путь гондорцам преградили войска Вождя. Силы олмеровцев состояли преимущественно из разных племен, однако, отсутствовали главные ударные контингенты – хазги, истерлинги и ангмарцы (где они на тот момент находились, мы знаем). Впрочем, противники гондорцев имели два преимущества: во-первых, численное превосходство, во-вторых и в главных – конницу. По словам Торина, против них стояла примерно треть войска Вождя, т.е. 35-40 тыс. человек. Гондорцев же, после отхода конницы, осталось 22-23 тыс. человек, т.е. их превосходили в 1,5-2 раза, учитывая, что враг обладал конницей, положение было достаточно серьезным. Первый дел прошел в перестрелках, воины Вождя лишь выбрасывали небольшие группы конных лучников, которые беспокоили гондорцев. Такие осторожные действия понятны – и те, и другие ждали подхода собственных сил, поэтому воины Вождя ограничивались лихими наскоками конницы, а пехота короля по понятным причинам не хотела лезть в бой без собственной кавалерии. На второй день у гондорцев закончилась вода, и они решили идти на прорыв, впрочем, им никто и не препятствовал – воины Вождя снова лишь ограничились лучным обстрелом. Третий день ничем не отличался от предыдущих, я сознательно не заостряю внимания на возможных потерях в этих стычках, поскольку в лучшем случае они составляли несколько десятков раненных и убитых с обеих сторон. Воины Олмера построились для боя лишь на четвертый день, причины тому была опасность подхода роханцев, а также достаточно сильная позицию, которую они смогли занять. Гондорцев перспектива быть отрезанными от Эодрейда вероятно, тоже не прельщала, поэтому они приняли предложенный бой. Строй гондорцев описывается как «четырехугольник», следовательно, речь идет о колонне обращенной узкой стороной к противнику. Выбор такого построения понятен – отсутствие собственной конницы, делало пехоту гондорцев весьма уязвимой для фланговых ударов, поэтому им пришлось придать своим полкам значительную глубину. Войска Вождя расположились между двумя холмами, на которых засели стрелки. В центре стояла тяжелая пехота в количестве 10 000 («бородачи с топорами»), по бокам расположились хегги и ховрары, на флангах развернули конницу. В целом позиции противников почти полностью повторяло одну известную нам земную битву, которую я уже вспоминал – это Канны, только в качестве римлян стояли гондорцы, а роль карфагенян Ганнибала выполняли воины Олмера. Причем ход боя также почти идентичен, что позволяет нам достаточно точно распределить потери, но об этом позже. Атаку начала конница Вождя, ударив по флангам гондорцев, впрочем, последние с легкостью отбросили кавалеристов и накрыли стрелами  тяжелую пехоту противника, чем спровоцировали их наступление. Сначала удача была на стороне гондорцев и они теснили центр войска Олмера, но этим они лишь сами себя загоняли в ловушку, аналогичную той, что уготовил Ганнибал римлянам при Каннах. Замысел гондорцев состоял в том, чтобы прорвать центр войска неприятеля, тем самым, разделив армию Олмера напополам. Однако пройти сквозь тяжелую пехоту Вождя они так и не смогли, «бородачи» стали насмерть и, хотя потеряли две трети своих, но не пропустили гондорцев. Понять ситуацию не сложно, представив себе фронт олмеровцев, как линию, которая превышает центр гондорцев по длине. После атаки «бородачей с топорами», центр войска Олмера начал прогибаться назад, в то время как хегги и ховрары могли спокойно продвигаться вперед и в конечном итоге обойти гондорцев с флангов, в то время как конница ударила в тыл, завершив окружение. Бой продолжался до самого вечера, но не принес победы ни одной из сторон. Основные потери армия Вождя понесла в центре, они нам известны – это около 6000-65000 человек (2/3х10000). Если вспомнить потери Ганнибала при Каннах (из 5700 убитых 4000 приходилось на центр (Polib., III, 117)), то всего было убито порядка 8500 человек. Мы можем принять эти данные на веру, поскольку ход боя их подтверждает, наибольшее количество погибших у армии Вождя появилось за время прорыва гондорцев, после того, как последние были окружены, инициатива перешла к олмеровцам. Потери гондорцев были вчетверо меньше, а значит, составляли около 2000-2500 человек. На следующий день снова произошло сражение, но теперь защищались уже гондорцы. Следующие два дня прошли в обстрелах лучниками гондорских позиций. Потери обеих сторон за этот период не озвучиваются, вероятно, потому что столкновения были уже не настолько серьезными, как первое. На четвертый день подошла гондорская кавалерия, попутно приведя на своих плечах и конные полки Вождя. При отступлении королевская кавалерия понесла значительные потери от конных стрелков Олмера, значит, общая численность гондорцев стала составлять примерно 25-26 тыс. человек. С учетом понесенных потерь от войск, блокировавших гондорцев ранее, должно было остаться порядка 28-31 тыс. человек, плюс конница, которую перебросил Олмер (как мы помним, ее численность составляла примерно 20-25 тыс.). Вероятно, часть войск Олмер оставил для прикрытия от контратаки Арнорцев, поэтому подошедшую степную конницу нам следует оценивать в 10-15 тыс. человек. Т.е. всего против армии Короля Эарнил выставил порядка 40-45 тыс. человек. Так ли это легко понять по следующей цитате:

«Однако гондорцы были тоже не робкого десятка. Согласно запели рога, призывая ратников в строй, тем более что противостоящее им войско не казалось намного сильнее гондорского. На глаз бойцов в нем было в лучшем случае раза в полтора больше, чем в королевской армии» (Черное копье)

Эта перекрестная проверка подтверждает, что сделанные выше расчеты верны.

Войска построились для битвы, но ей не суждено было случиться – Олмер вызвал короля Гондора на дуэль, в ходе которой вместо копейной сшибки, предпочел воспользоваться луком. Смерть короля на глазах у всего войска окончательно сломило дух воинов, и армия гондора обратилась в бегство, прямо перед противником. После этого началось избиение – обладая многочисленной конницей, Олмер мог уничтожать бегущую армию противника без потерь, фактически войска Гондора больше уже не существовало.

А теперь еще проанализируем перемещения войск Олмера после разгрома роханцев на Исене. При всех преимуществах, положение Олмера на тот момент было достаточно шатким – он находился между армий Арнора и Гондора, плюс потенциальная опасность исходила от роханцев. Хотя численность этих войск была не столь уж велика, но Вождю приходилось маневрировать между ними, поскольку ему просто не хватало сил, чтобы одновременно связать все армии противника. Арнорцев активно атакует конница Олмера, но при этом уклоняется от прямой схватки с гондорской конницей. Обладай Вождь значительными силами (причем я даже не веду речь о сотнях тысяч), он мог бы одновременно атаковать кавалерию короля сразу, как только она отошла от пехоты. Вместо этого он подвергает себя большому риску, ведь если бы Наместник не отступил, Эарнил получил бы тыловой удар от тех же Гондорцев. Если же мы представим, что у Олмера было даже «не сотни тысяч», а хотя бы 180 тыс. человек в данном районе, то проблема решилась бы просто – «полтинник» на Гондорскую пехоту, столько же на конницу, еще тысяч сорок можно оставить для остатков роханского войска, остальные могут смело идти брать Аннуминас. Вместо этого была разыграна опасная игра, в ходе которой Олмер вынудил Наместника отступить (потом посредством Умертвий взял Арнорские города), после чего смог спокойно заняться армией Гондора.

 

- Серая Гавань.

 

Уничтожив Гондорскую армию, Олмер разбив свои войска на отдельные отряды, ускоренным маршем двигался к Серым Гаваням. Эта крепость стала основным центром для беженцев – туда стекались немногие выжившие в боях роханцы, арнорцы и мирные жители. К сожалению, у нас очень мало достоверных данных о численности гарнизона Серых Гаваней, поэтому чтобы избежать добывания информации по методу трех П (пол, палец, потолок) и тому подобных спекуляций, основанных на отсутствии точных чисел, попробуем добыть максимум входящих данных. Что могла дать разбитая армия Рохана – в последней битве было уничтожено 30000 бойцов. На такое же количество мог рассчитывать, по оценке Фолко, Эодрейд. Общая же численность их составляла 60000, учитывая условность этих данных, в Серую Гавань пришла «погрешность» :) между этими двумя цифрами. Гондорцы хотя и упоминаются, но лишь раз, когда перечислялись все народности, которые собрались в крепости. Это, в общем-то, вполне понятно, роханцы даже в последней битве сумели вывести немалую часть своего войска, однако, гондорское войско погибло, когда разбежалось прямо перед атакой конницы. Такие условия, как правило, приводят к резне и огромным потерям, которые будут несоизмеримы с количеством убитых у тех же роханцев.  Костяк защитников, очевидно, составляли Арнорцы и Роханцы, остальные были немногочисленны по сравнению с ними.

Есть еще один параметр, который прямо свидетельствует о численности войск в Серой Гавани. Дело в том, что численность гарнизона еще напрямую зависит от фортификационных качеств крепости. Точнее зависимость обратная – сложные оборонительные укрепления, как правило, возникали именно из необходимости компенсации малочисленности осажденных. Здесь в качестве примера стоит припомнить замки крестоносцев – находясь в меньшинстве по сравнению с коренными жителями Леванта, эти смелые рыцари возводили по истине неприступные укрепления, в то время как их мусульманские визави зачастую ограничивались куда более скромными (а значит более дешевыми) постройками, поскольку обладали весьма существенными людскими ресурсами. Впрочем, в Европе ситуация была почти аналогичная – множество крепостей со сложными укреплениями охранялись совсем не большими гарнизонами. К примеру, в 1193 году общая численность гарнизонов двух весьма крупных английских замков – Норвича и Кентербери составляла всего 70 человек. В 1215 году, когда Иоанн осаждал Рочестерский замок, то его гарнизон состоял из ста рыцарей и небольшого количества арбалетчиков и слуг. Годом позже замок Одигем в Гемшаре продержался две недели (Серые Гавани пали куда раньше), будучи под защитой трех рыцарей и еще десятка латников. Спустя несколько столетий, замок Корфи долгое время выдерживал осаду значительной армии, которая обладала пушками, а гарнизон этой крепости состоял из леди Мэри Бэнкс (увы, бывшей на тот момент уже пожилой женщиной), нескольких старых ветеранов и одной служанки (которая, в конечном счете, и стала виновницей взятия крепости, поскольку открыла ворота). Совершенные защитные сооружения не только делали численное превосходство атакующим бесполезным (более того, слишком крупная армия, осаждающая замок, была даже в худшем положении, поскольку больше кушала), но и позволяли наносить им существенный урон, оставаясь не досягаемыми.

 А что мы знаем про оборонительные сооружений Серой Гавани? Не очень много, но даже этой обрывочной информации хватает, чтобы понять, что крепость была по истине неприступна:

Гномы Голубых  Гор  трудились недаром. По высоте бастионы Кэрдана превосходили даже стены  Минас-Тирита; ворота, заключенные между двумя мощными башнями, были ни много ни мало,  а каменные. По верху стен Фолко не увидел привычных зубцов - там тянулся ряд темных бойниц, перекрытых сверху гранитными блоками. Казалось,  невозможно взять эти стены обычным приступом - с помощью осадных  машин  и  штурмовых лестниц. (Черное копье)

Итак, мы видим, что бастионы Серой Гавани превосходят даже стены Минас-Тирита, а эта Гондорская крепость по праву считалась эталоном фортификационного искусства в Средиземье. Также, Фолко видит вместо обычных зубцов крытые галереи, скорее всего, речь идет о каменных машикулях. Чтобы поразить воинов, которые находятся непосредственно у стен, защитнику пришлось бы по пояс высунуться из-за зубцов, в результате чего он попадал под обстрел осаждающих. Чтобы устранить такой недостаток, обычно устраивались временные деревянные сооружения – хорды, которые выступали вперед перед стенами, следующим шагом стали каменные машикули. Учитывая, что привычными для Фолко являлись обычные зубцы (при том, что он видел оборонительные системы Аннуминаса и Минас-Тирита, которые очевидно заключали в себе все передовые достижения Арнора и Гондора), можно представить какой технологический прорыв представляли собой стены Серой Гавани. Также эта крепость воплощала в себе и другие классические принципы фортификационного искусства – преодолевая какой-либо участок обороны, атакующие тут же оказывались под обстрелом защитников, засевших на другом форпосте. Столь совершенные оборонительные сооружения могли родиться только как компенсация малочисленности гарнизона. Но все же, сколько воинов защищало стены? Данные, которые приводит Фолко, не слишком информативны – он говорит, что на стенах люди стояли «не так чтобы очень густо, но и не редко», с другой стороны, когда крепость была атакована, на голову воинам Олмера посыпались «десятки» стрел и дротиков. Десятки, но не тысячи и даже не сотни, т.е. войск на стенах было очень не много. Фолко также добавляет, что собрались только профессиональные бойцы, которым некуда идти. Отсюда можно сделать вывод, что роханцы в гаванях в основном состояли из фалангитов, поскольку конница должна была присоединиться к Эодрейду, а остальные войска по большей части были ополченцами. Таким образом, людские силы в Серых Гаванях нам следует оценивать в 2000-5000 человек, хотя я считаю, что данные числа несколько завышены. Как я выше показал, системы защиты Серой Гавани были призваны компенсировать малое число защитников и столь значительный гарнизон в несколько тысяч человек был скорее обусловлен значительной протяженностью стен, отсюда и не очень густое расположение воинов. Эльфийский гарнизон также трудно учесть, стражник говорит, что эльфов вчетверо меньше по сравнению с людьми и гномами в крепости, к тому же речь идет не о воинах, а вообще обо всех (мирные жители гавани, беженцы и пр.). Вроде бы мирных жителей не так много, поскольку приходилось пробиваться в Гавань с боями, но неясно, сколько же «гражданских» находилось в крепости изначально. Впрочем, эльфы мало участвовали в обороне города, поэтому их числом можно пренебречь, поскольку и так погрешность наших расчетов довольно велика.

Сколько же привел Олмер? Очевидно основное ядро армии, за вычетом сил на этапных пунктах, т.е. порядка 40-45 тыс. человек. Именно эти войска и начинали штурм крепости. Я не буду анализировать первый штурм – дело в том, что он по большей части состоял из героических действий отряда Барахира, который уничтожил две из трех осадных башни Вождя, третью же сильно повредил. Интересен для нас второй день, во время первого штурма Наугрим попытался убить Олмера, тот же по понятным причинам отправляться к праотцам не спешил и потому зачерпнул силы у Мелкора, почти полностью потеряв свою сущность. Поэтому на второй день людские силы начали отход, на смену им пришла нелюдь – орки, гурры, тролли и т.п. Их численность оценить достаточно непросто, известно, что они превосходили защитников в десять раз, поскольку эльфы к тому времени были на кораблях, речь идет о людях. Т.е. в таком случае их количество нам следует оценивать как 30-60 тыс. единиц, сомнительно, чтобы армия нелюди была не меньше основной полевой, но почему нет? Учитывая размытость данных о войсках людей в крепости сложно проверить на достоверность это число. Тем не менее, необходимо учитывать то, что больше ста тысяч Олмер никогда в одном месте не собирал, следовательно, общее количество людских и нелюдских войск под Серыми Гаванями должно удовлетворять этому неравенству, поэтому верхнюю вилку орочьих сил мы худо-бедно можем видеть, а вот с нижней проблемы. Поэтому я предлагаю не пытаться брать цифры с потолка, а ограничится таким широким диапазоном. Второй штурм ничего не дает с военной точки зрения, кроме разве что того факта, что в ходе катаклизма (столкновения Пожирателей Скал и воды) было уничтожено все это войско нелюди. К общему количеству войск у Серых Гаваней нам следует также добавить флот Скиллудра и союзников, который осуществлял блокаду города с моря. На момент событий Адаманта Хенны Скиллудр обладал армией в шесть тысяч мечей и сказано, что она сильно разрослась после падения Серых Гаваней, следовательно, на момент блокады крепости он обладал более скромными силами, около 3000-4000 человек. Добавив к этому войска остальных танов, которые пришли со Скиллудром мы получим крупную морскую армию в 6000-7000 человек.

Вот собственно и все, теперь нам остается лишь просуммировать все войска, которые в разное время выставлял Олмер. Итак, основная армия, перешедшая Исену, состояла из ста тысяч человек (понятно, что ровно сотни там не было – речь идет о неком диапазоне вокруг ста тысяч, но ориентир дан достаточно конкретно), к ней следует добавить тех, кто атаковал Гондор, т.е. еще 30 тыс. человек, плюс флотилия морского народа 6-7 тыс., нелюдь в количестве 30-60 тыс., войска блокировавшие эльфов Авари и оставшихся в Цитадели (и те, и другие, в лучшем случае составляли 10 тыс. человек), учтем некоторое количество подкреплений, которые впрочем, как раз и являли собой орков. Таким образом, с некоторым округлением мы получаем общую цифру в 180-210 тыс. человек, «размазанных» по всему театру военных действий, армия, которая собственно и уничтожила основные войска сил Запада, состояла из ста тысяч человек и постепенно уменьшалась по мере продвижения за счет боевых потерь и оставления сил на захваченных территориях. Боевые потери Олмера были довольно значительными, общий счет дает нам цифру в 30-35 тыс. человек, еще тысяч тридцать орков было уничтожено во время катаклизма, к этим числам также стоит добавить некоторое количество не боевых потерь от болезней и плохого снабжения, в итоге мы получим, чуть ли не половину армии. Примечательно, что совокупные силы армий «старого света» примерно соответствовали основной армии Олмера, но имея большое превосходство в коннице и отличной координации, которой помогали улаги, он успешно громил своих противников по одиночке.

 

- Необходимое послесловие.

 

Я прочитал «Черное копье» довольно давно, еще в те времена, когда слабо разбирался в военке, и у меня сформировалось вполне определенное мнение. Во-первых, вторжение Олмера я воспринимал исключительно как нашествие бесчисленных орд, сотен тысяч (а то и миллиона) человек, во-вторых, битвы я рассматривал исключительно как «Роханцы и гондорцы кладут врагов пачками, а Олмер тупо заваливает их численностью». Почему, спросите Вы?  Дело в том, что повествование ведется от имени проигрывающей стороны, а мы естественно сопереживаем главным героям, потому нам хочется, чтобы их проигрыш был таким, что вокруг лежали бы груды убитых врагов. Совсем не хочется верить в то, что у «победителя» не было десятикратного преимущества, тем более, что тогда я просто не знал, что значит армия хотя бы 30 000 для древности, поэтому собственное дилетантское воображение рисовало картины в сотни тысяч воинов. Прошло время, я взял книгу, уже имея за плечами какой-то багаж знаний и начал замечать то, что раньше просто пропускал, например, прямые данные о количестве войск у Олмера, по-другому я стал смотреть и на ход боя – да, роханцы доблестно сражаются, но они окружены и отступают и так далее. Не хочется уменьшать цифры до разумных пределов отчасти и потому, что это может снизить героизм оборонявшихся, но это далеко не так – просто их героизм оценивается уже не сказочными сотнями тысяч убитых, а вполне реальными цифрами, которые внушают уважение. То же и с потерями Олмера, вроде бы не так много, но в действительности очень серьезные. Поэтому если, прочтя мои последние выводы, Вы подумаете «Да нет, мало как-то…неужели он смог победить с таким малым числом воинов?.. Везде же написано, что он превосходил врагов числом…», значит, Вас посетили те же мысли, что и меня когда-то и писал я для Вас, чтобы подробно разъяснить, КАК он смог все это сделать.


27 ноября -  Видеозапись встречи с читателями в Петербурге - 27.11.2015    

23 июля - Начинаем конкурсный сбор рассказов и небольших повестей для сборника "Когда Мир Изменился". Информация на первой странице.

07 апреля -  Информация о встречах с Ником Перумовым в апреле на главной странице сайта.

20 января - Гибель Богов-2. Книга 4. Асгард Возрождённый передана в издательство. Ждем в магазинах в конце марта.

11 сентября - Видеозапись презентации "ГБ2. Пепел Асгарда" в Петербурге.  

__________
Архив новостей

 


Подписка на новости сайта в составе рассылки
Fantasy-портала Цитадель Олмера.


 

Подробнее Богатырская застава

Рассказ из цикла "Я, Всеслав". Будет написан, есть планы и черновики.

[подробнее]

 


Новости - Биография - Книги - Интервью - Творец - Общение с читателями - Форум - Гостевая - Статьи и рецензии - Карты и иллюстрации





sape.ru
Rambler's Top100

Management by Olmer | Designed by Amok | Copyright © 2004-2010 by Nick Perumov. | Powered by Citadel of Olmer