Новости
Биография
Книги
Интервью
Творец
Общение с читателями
Форум
Гостевая
Статьи и рецензии
Карты и иллюстрации
 
Rambler's Top100

... в печатных изданиях

Ник Перумов: fantasy — это forever! - Собеседник, 1.5.2002

Ник Перумов в тридцать лет стал одним из популярнейших российских писателей и на протяжении многих лет прочно держится в десятке наиболее издаваемых авторов. Он создал продолжение толкиеновского «Властелина колец», за десять лет выпустил 18 книг, любит встречаться с читателями, живет. разрываясь между Россией и Америкой, любит пиво и гномов, пишет одновременно пять романов. Последний — «Череп на рукаве» только что вышел в свет.

САМ НЕ ВЕРЮ В ТО, О ЧЕМ ПИШУ

- Ник, «Властелина колец» смотрели?

- Да, пять раз. В Далласе. Сначала сам, потом вместе с сыном. Честно? Не понравился.

- Что ж вы пять раз мучились?!

- Режиссер сделал две ошибки. Первая — позиционировал свой фильм как произведение фана для фанов. Вторая — передоверявшись спецффектам, отменил актерскую игру. Эти ошибки, по-моему, похоронили фильм. Очень жалко. Двадцать лет мечтал увидеть нечто подобное, когда впервые в 1982 году взял в руки «Хранителей». — и такое разочарование.

- Вам не кажется, что это лучшее из возможного?

- Нет. Где текст? Вместо максимального приближения к оригиналу — вольная интерпретация. Взяли исходный материал — и начали резать его по живому. Если бы этот сценарий написал Толкиен, я бы нисколько не возражал. Но тут…

- Должно быть, вам, как продолжателю Толкиена, особенно обидно. Может, время фэнтази проходит?

- Об этом говорят с первого дня возникновения фэнтази. Возможно, останется меньше книг, зато появится больше игр. Для них тоже нужна хорошая литературная основа.

- Все будем уходить в мир иллюзий?

- Слушайте, что такое реальный мир? Является ли роман «Мастер и Маргарита» уходом в мир иллюзий? «Руслан и Людмила», «Вечера на хуторе близ Диканьки»? Вся русская литература проникнута фантастикой.

- Но ни одно из этих произведений не создало массового ухода в нереальность. За вами же идут тысячи мальчишек. Они погружаются в мир ваших героев.

- Скорее это можно отнести к Толкиену. Это его контингент.

- Но в России это вы…

- Мои миры не благостные — они жестокие и приближены к реальности. Но появись та же поэма Пушкина «Руслан и Людмила» в другое время и в другом месте, почему бы ей не повести за собой кого-то, не стать основой для ролевых игр? Общество изменилось. Мир стал более жестоким, менее психологически комфортабельным для человека. нежели в начале XIX столетия. И люди ищут лекарства от этого мира. Это не наркоз, не обезболивающее. это своего рода вратарские щитки: на вас летит шайба — вы должны ее отбивать.

- Вы сами верите в мир, который создаете?

- Нет, конечно. Я же реалист. Гомер, возможно, верил, когда писал «Илиаду». Эти миры реальны для меня, пока я о них пишу.

ЕСЛИ ЧТО, ОПЯТЬ СТАНУ БИОЛОГОМ

- Не мешает ли творчество вашей повседневной жизни? Вы ведь работаете в Далласе по контракту микробиологом?

- Работал. Срок контракта уже истек.

- И что дальше?

- Никто не знает, как повернется наша судьба. От сумы и от тюрьмы не зарекайся, никогда не говори «никогда». Каждый писатель в душе реалист и понимает, что невозможно быть популярным всю жизнь до самой смерти и после нее — это удавалось считанным единицам. Может, пройдет год-два — и мои книги перестанут интересовать читателя. Или введут завтра налог на книгоиздание, взлетит стоимость книг до небес, перестанут люди их покупать, упадут тиражи до ничтожных величин… Что делать? Надо брать в руки пипетку и становиться за стол делать опыты. А эти опыты у нас совершенно не оплачиваются. Люди в биологии выживают только за счет западных контрактов.

- Так что, назад в Россию?

- Пока поживу в Переделкино, а потом, может, где-нибудь и за границей. Жили же русские писатели годами и во Франции, и в Италии, и в Германии. Играл наш Федор Михайлович в рулетку в Баден-Бадене, и никому в голову не приходило ставить под сомнение его статус русского писателя, его чувство к Родине.

- Ну, он-то про Родину только и писал…

- А я про что? Россия — прототип всех моих миров, выйдите на улицу и сравните…

- И тиражи у вас побольше, чем у Федора Михайловича… Нет, вам грех жаловаться.

- Мне — да, но огромное количество творческих людей остались без средств к существованию. Нынешний издательский бизнес, к сожалению, позволяет существовать единицам пиковых авторов. Для прочих уготавливает, мягко говоря, полуголодное существование, если вы только не живете на Украине, где был кризис, а потому на деньги, в десять раз меньшие, чем тут, можно существовать вполне нормально. Поэтому многие гуманитарии живут на западные гранты, особенно те, кого относят к высокой, настоящей литературе.

- Вы себя к настоящей литературе не относите?

- Что значит — «не отношу»? Не относят люди, которые по старой памяти возводят классификации. Я не занимаюсь попытками позиционировать себя — модное такое слово. Есть интересные книги, а есть неинтересные.

- Отдаю вам должное. Вы — один из самых читаемых сегодня авторов. Как удается поддерживать к себе такой интерес?

- Это как про сороконожку, которую спросили: как ты можешь одновременно передвигать сорока ногами? Задумавшись, она тут же упала. Я просто предельно честен с читателем и пишу то, что интересно самому. Не выдаю на-гора десятки томов…

- …но пишете одновременно пять произведений. Не угнетает график сдачи книг?

- У меня его нет. Я продаю только готовую продукцию. Сам себя тороплю, потому что каждый день читаю письма читателей с вопросами: а когда выйдет та книга, а когда тот роман? Видишь, что это реально надо людям, и сам себя подстегиваешь. Крутая фраза Стругацких, но очень правильная: «Я же не онанизмом занимаюсь, я же для людей пишу». Очень точно сказано.

- На работе знали о том, что вы пишете?

- Я давал почитать маленькие отрывки, которые переведены на английский и испанский языки. Коллеги отнеслись к этому с некоторым пиететом, но достаточно равнодушно. Для них это всего лишь мое хобби.

ПУСТЬ СЫН ПОКА ПОУЧИТСЯ В ШТАТАХ

- Как вам показалась жизнь в Америке?

- Там огромный процент населения погрузился в полное отупение, это следствие большой подверженности стрессам. Того, что было у советских людей — уверенности в завтрашнем дне, у американцев нет и никогда не было. От этого стресса возникает постоянное желание принять какую-то таблетку-антидепрессант. чтобы поскорее забыться. Мне многое не нравится в Америке. Я против государственной политики, этакого мяконького тоталитаризма, идея которого: жуй свой гамбургер и не высовывайся — и у тебя все будет в норме. Но там я встретил огромное количество людей. которые действительно стараются быть хорошими. Не всегда это у них получается, но они честно стараются.

- И вы не боитесь оставлять там своего сына?

- Одно по крайней мере хорошо в Америке. Там в школах насмерть борются с наркотиками. А я как отец очень боюсь, что здесь, в Москве, мой сын — такой добрый, домашний мальчик, не звереныш, который будет доставать себе все кулаками, потому что в Америке это не принято — пропадет. Да, возможно, наши лучшие московские школы дают более качественное образование в фундаментальных науках — физике, математике, не спорю. Но я прекрасно помню, как мы сидели в начальной школе: руки в замок, не пошевелиться, не сказать соседу слово, и всем было наплевать, что ребенку очень трудно сидеть так 45 минут, что это противоречит его природе. В американской школе можно встать без разрешения, пройтись по классу, выйти из него, если тебе нужно, и никто не спросит тебя, куда ты идешь. И мой сын привыкает к тому, что свобода — это не великое благо, за которое надо кланяться в ножки батюшке-царю, а нечто имманентно присущее ему с рождения. Он растет двуязычным человеком, знающим две культуры, и мой отцовский долг — дать ему это, а потом пусть сам выбирает, как жить дальше.


27 ноября -  Видеозапись встречи с читателями в Петербурге - 27.11.2015    

23 июля - Начинаем конкурсный сбор рассказов и небольших повестей для сборника "Когда Мир Изменился". Информация на первой странице.

07 апреля -  Информация о встречах с Ником Перумовым в апреле на главной странице сайта.

20 января - Гибель Богов-2. Книга 4. Асгард Возрождённый передана в издательство. Ждем в магазинах в конце марта.

11 сентября - Видеозапись презентации "ГБ2. Пепел Асгарда" в Петербурге.  

__________
Архив новостей

 

 

Подробнее Случай под Кубинкой

Не будет преувеличением сказать, что "Случай под Кубинкой", центральный рассказ, или, вернее, небольшая повесть, имеет для меня особое значение. Этот текст слишком долго остается под спудом; и вот теперь я решил предложить на суд читателей небольшой отрывок из нее. Принципиально новый для меня стиль; сплав документальной и художественной прозы; все это нуждается в обсуждении. Буду благодарен за любые конструктивные мнения.

Ник Перумов.

[подробнее]

 


Новости - Биография - Книги - Интервью - Творец - Общение с читателями - Форум - Гостевая - Статьи и рецензии - Карты и иллюстрации





Rambler's Top100

Management by Perumov.club | Designed by Amok | Copyright © 2004-2010 by Nick Perumov. | Created by Olmer