Новости
Биография
Книги
Интервью
Творец
Общение с читателями
Форум
Гостевая
Статьи и рецензии
Карты и иллюстрации
 
Rambler's Top100

... в печатных изданиях

Нормальные герои всегда идут в обход - Журнал "ОМ". Сентябрь 2005

Ник Перумов - персонаж воистину культовый. Известен тем, что написал продолжение трилогии Толкиена. Живет, пишет и работает в США, и даже занимается там научными изысканиями. «От московских толкиенистов прячется!» - поговаривают злые языки. И вот, неожиданно для всех, Перумов выпустил неполиткорректную дилогию «Империя превыше всего». На эти скользкие темы он и пообщался с ОМом во время своего молниеносного визита в Москву.

Как так получилось, что вы, человек, живший в свое время в мирах Толкиена, написавший продолжение «Властелина колец», стали столь политизированным автором?

Помните известный анекдот - как ударница-передовица стала валютной проституткой? Когда мне задают вопрос: «Как же вы дошли до жизни такой? Начинали так хорошо - толкиеновские миры, эльфы, гномы, гоблины, а тут -прозрачные политические аллюзии», я отвечаю, как в том анекдоте: да повезло просто! Это следствие того, что появляются темы, которые невозможно раскрыть в рамках фэнтезийного дискурса, адекватно отразить, прибегая к глубокого законспирированному языку. Тогда у писателя возникает момент, когда он пересекает некую красную линию. Либо он полностью откажется от отражения современной ему жизни и останется в системе построения оптических кабинетов, где свет многократно отражается от разных зеркал, чтобы на выходе получить нечто совершенно странное. Либо он кабинет этот разберет и оставит одно зеркало. Оно может быть выпуклое или вогнутое, но одно. «Череп на рукаве» и «Череп в небесах» - это постановка одного зеркала. Можно вспомнить Костю Крылова с его «Моргенштерном»...

А разве «Моргенштерн» не Михаил Харитонов написал?

Михаил Харитонов - псевдоним Кости Крылова, это же все знают! Так вот, мой роман и вся дилогия - это и есть зеркало, в котором нетрудно увидеть многие реалии. Накопились темы, которые помимо злободневности связаны с историческими моментами. Чтобы отразить их в фэнтези, надо прибегать к очень тяжелым нагромождениям эзопового языка, выстраивать конструкции, которые будут выглядеть в том мире чужеродно и неуклюже, как у Сапковского выглядит ситуация 39 года, где он в который раз осуждает раздел Польши. Вот так я и перешел от фэнтезийного, воздушного стиля к конкретике. При этом я человек аполитичный, к политикам отношусь крайне плохо и сроду не принадлежал к чему бы то ни было. Но сам для себя высказаться я могу.

А к мирам Толкиена будете возвращаться?

Будем возвращаться, потому что это мой язык. А «Череп» - все-таки «говорение на языках», почти в религиозном смысле этого слова.

Вот вы затронули религиозный аспект - а ведь вас обвиняют то в фашизме, то в антихристианстве.

Когда меня обвиняют в фашизме, я стараюсь обвиняющего найти и с ним разобраться по-мужски. Это такое универсальное обвинение в мой адрес. Раньше на меня клеили ярлык «антисемит», с трибун клеймили. В первой половине 90-х, когда надо было организовать базис для массового выезда в Америку, в Ленинграде демократическая пресса активно распространяла слухи о том, что общество «Память» готовит погромы, что ставятся метки на двери. Никаких погромов никто не готовил, но, как говорится, «ложечки нашлись, а осадок остался». Я побывал в этих шкурах и считаю, что есть мнения, на которые нужно давать адекватный ответ. Что касается антихристианской позиции - да, я являюсь атеистом и не вижу позитивной роли, которую могла бы играть Церковь в современном обществе. Очевидно, что это все придумали из страха смерти. Слабый человек ищет подпорки, а человек, у которого есть силы смотреть Ему в глаза, - он смотрит Ему в глаза и говорит: «Да, я умру, но это не значит, что мне все дозволено». Можно быть моральным человеком, но при этом не быть христианином. Я занимаю достаточно жесткую позицию в христианском вопросе, мне из-за этого отказывали в публикации так называемые православные издатели. Тем не менее рассказы находят своего читателя -я их выкладываю в Сети.

Как вам кажется со стороны, литература в России сейчас может что-то изменить?

Литература как раз и может изменить, потому что она, образно выражаясь, не требует ношения хиджаба. Литература пробуждает в человеке добрые чувства, не заявляя ему: «Веди себя так - или будешь наказан». Литература может только убедить, это самое действенное. Как в известной новозаветной легенде: если хотите накормить человека, дайте ему рыбу, если хотите избавить его от голода на будущее - дайте ему сеть и научите рыбачить. Точно так же и здесь: если хотите человеку что-то внушить кратковременно - напугайте его. Хотите, чтобы он изменился - убедите. Литература может убедить, показать, что не единственная прямая ведет из точки А в точку Б, что можно и окольным путем. Нормальные герои всегда идут в обход.

То есть вам кажется, что мир до сих пор литературоцентричен?

Конечно. Другое дело, что литература уже не может играть роль владычицы умов. Она может посоветовать, но не может сказать, как надо. Когда писатель начинает говорить напрямую, она скатывается к тому, что происходит сейчас с Солженицыным, которого я люблю как писателя и уважаю как человека. Когда автор всерьез начинает говорить: я -пророк, его слова становятся смешными и никакого воздействия не будет.

А в Америке что с литературой происходит?

Там литература больше ориентирована на коммерцию и бизнес. Мастеровитые авторы придумывают сюжеты в рамках достаточно жестко заданного направления и больше никаких задач перед собой не ставят. Как в женских романах меняется только цвет глаз и волос главной героини, остальное все остается прежним, точно так же и в фантастике. У них до сих крайне пор популярен сюжет «Война миров» - вторжение злобных инопланетян.

Раз уж вы живете в Соединенных Штатах, не собираетесь ли там издаваться?

Знаете, я предпринимаю к этому определенные шаги, но без фанатизма. Я перевел «Гибель богов» на английский, идут разговоры с издателями. Получится - хорошо, нет - сожалеть не буду. Мне интересно, смогу ли я пробить эту стену и доказать, что мы тоже не ботфортом трюфеля хлебаем.

Как они вас воспринимают?

Как говорящую лошадь.

Как русскую диковинку?

Ну да. Мол, почему без балалайки.

И на каком этапе сейчас всё?

На этапе разговоров и рассылки писем.

Вы много времени проводите в Штатах. Как вы, с гордостью называющий себя русским, ощущаете себя там?

Как гость в равнодушной, комфортабельной в бытовом смысле стране. Это не моя страна, это чужая страна. Мне, по большому счету, нет дела до их проблем, которые мне кажутся глубоко фальшивыми. Мне приходится делать усилие, чтобы не скатиться в болото комфортабельной жизни. Я знаю, что мое пребывание там временно, и это предполагает держать руку на пульсе. Очень многие наши соотечественники, приехавшие в Америку, последовав правилу «хоть тушкой, хоть чучелком», называющие Россию «Рашкой» и «этой страной», у которых идет сплошным рефреном: «не забуду, не прощу», очень быстро отрекаются от своей национальной идентичности. Они бросаются в объятия огромной американской перины, тонут в ней с блаженной улыбкой на устах и перестают существовать как русские люди. Они уже существуют как какие-то малопонятные граждане мира, рвущиеся к вожделенному американскому паспорту. Но судить и говорить «ах, какие они плохие» я, наверное, не стану. Для России будет лучше, если те, кто ее не любят, уедут.

Есть мнение, что наша идентичность и здесь утрачивается под напором американизации...

Нет, она не утрачивается, потому что американизация - это нечто гораздо большее, чем ношение американских джинсов или даже потребление кока-колы. Американизация - это очень специфический способ мышления, специфический способ взаимоотношений со своей страной. И это абсолютно непохоже на то, что происходит в России. Я считаю, что наша национальная идентичность - это прежде всего язык и историческая память, и я за это не опасаюсь. Это такая модная тема, все для того, чтобы иметь возможность поговорить на самом деле о совсем других вещах.


27 ноября -  Видеозапись встречи с читателями в Петербурге - 27.11.2015    

23 июля - Начинаем конкурсный сбор рассказов и небольших повестей для сборника "Когда Мир Изменился". Информация на первой странице.

07 апреля -  Информация о встречах с Ником Перумовым в апреле на главной странице сайта.

20 января - Гибель Богов-2. Книга 4. Асгард Возрождённый передана в издательство. Ждем в магазинах в конце марта.

11 сентября - Видеозапись презентации "ГБ2. Пепел Асгарда" в Петербурге.  

__________
Архив новостей

 

 

Подробнее Имя Зверя. Том 2. Исход Дракона

Гибель Райлега все ближе. Ошибаются Мудрые, рушатся устои, магические формулы не работают, а Мир Семи Зверей заливают волны Гнили. Неизменными и несокрушимыми остаются лишь любовь, преданность и верность долгу. Ради того, чтобы спасти живых, увести их с погибающего Листа Великого Древа, Тёрн и Алиедора готовы пожертвовать собой. Но это самое меньшее, что они могут сделать. Однако хватит ли этой платы, чтобы призвать Семерых Хранителей, разбудить Белого Дракона и открыть врата в новый мир? Хватит ли их сил, чтобы выстроить мост над Бездной?  

[подробнее]

 


Новости - Биография - Книги - Интервью - Творец - Общение с читателями - Форум - Гостевая - Статьи и рецензии - Карты и иллюстрации





Rambler's Top100

Management by Perumov.club | Designed by Amok | Copyright © 2004-2010 by Nick Perumov. | Created by Olmer