|
Пролог.
Гибель
Арвеста наложила на Землю
неизгладимый шрам. Дьявольский
трактат в руках фанатичной Атлики
сыграл свою хоть и последнюю, но
поистине разрушительную “роль”.
Город был стерт и превращен в черную
воронку. Все живое, находившееся в
нем в тот роковой момент, исчезло в
небытие. Спастись удалось лишь
немногим, но те, кому все таки
посчастливилось не встретить свою
смерть, рассказывали потом странную
и в то же время невозможную историю.
Люди говорили об инквизиторе, до
последнего защищавшем их город и
якобы погибнувшем от рук воинов,
прибывших из далеких земель. Том
самом, которого через некоторое
время видели в Больших Камарах
целым и невредимым. Свидетельства
людей были самыми невероятными. Но,
на самом деле, все было так…
Вера. Второе
Рождение.
Бой развернулся
неожиданно и почти так же
закончился. Преподобный Отец Этлау
находился в самом центре сражения.
Лоб его весь взмок, левый висок был
окровавлен. Одна рука была небрежно
замотана какими-то тряпками, вторая
тяжело висела вдоль тела. По лицу
инквизитора людям вспоминались
жуткие ночные кошмары. Оно было все
в запекшейся крови, глаза же уцелели
просто чудом и горели фанатичным
огнем даже сейчас.
-Некромант, уведи
людей, уведи, сколько сможешь! - с
пеной на губах орал Этлау. - Я буду
прикрывать ваш отход, пока город не
покинет последний человек!
Похоже, было на то,
что инквизитор уже смирился с
неизбежной гибелью и, не стараясь
искать выхода для отступления,
погибал, защищая уходивших.
Внезапно, в пяти
шагах от Этлау раздался
оглушительный грохот. Мелкие брызги
камней разлетелись в разные стороны.
Инквизитора отшвырнуло, словно тот
был легок, как перышко, и поволокло
по земле. Выбиваясь из последних сил,
Этлау прошептал что-то невнятное, и
в тот же миг из-за рядов вражеских
воинов послышался истошный вопль.
Упавший замертво оказался черным
магом нападающих. Не прошедший
школы Ордоса, он все же был сильным
противником. Глаза и волосы его
побелели, руки стали похожи на
высохшие от жары сучки. Поднявшись с
земли, инквизитор был подобен
ходячему зомби, которыми так любили
пугать непослушных детей. Этлау не
выдержал бы сейчас и атаки одного
безоружного крестьянина, а не то что
пятидесяти хорошо вооруженных
профессионалов войны. И он это
понимал.
Теперь инквизитору
оставалось лишь достойно принять
смерть. Но тут произошло нечто
невероятное и непредвиденное.
ТРАКТАТ, темный трактат Саландорца
неожиданно пришел в действие.
Повсюду в небе начали появляться
медленно разрастающиеся черные
пятна. Поначалу казалось, что это
были черные облака, невесть откуда
появившиеся в дымном небе . Но когда
из этих “облаков” стали вырываться
один за другим бешенные смерчи,
уничтожающие все вокруг, Этлау
понял, что произошло на самом
деле. И в этот момент один из смерчей
опустился прямо около него.
-Все кончено,-
подумал инквизитор, и, скрестив обе
руки на груди, последний раз воздал
хвалу Спасителю.
Смерч, подняв
Этлау, с неимоверной силой ударил
тело об мостовую. Удар был на
столько силен, что, казалось, даже
камни на площади дали трещину. Кровь
тут же хлынула изо рта и ушей. Смерть
не заставила себя долго ждать. Но
ведь когда-то, он пообещал
искоренить все зло на земле, назвав
это своим священным долгом.
Пообещал, что к приходу СПАСИТЕЛЯ в
мире останутся только те, кто чист
душою и помыслами своими, дабы
предстать перед создателем в
истинном своём обличии.
Но смерть для
инквизитора была лишь физической,
никак не духовной утратой. Этлау
верил, что СПАСИТЕЛЬ никогда не
бросит своих верных и преданных
слуг, к коим он себя безусловно мнил.
Верил и не ошибся.
Ослепительная и в
то же время приятная вспышка света
перенесла инквизитора в небольшой и
уютный крестьянский дом. По первому
впечатлению можно было бы сказать,
что в этом доме живет аккуратный и
зажиточный хозяин. Но все
переменилось, как только туда зашел
длинный, худощавый и красивый
человек в широком белом плаще,
опираясь на витиеватый деревянный
посох.
-Здравствуй, сын
мой, - голос вошедшего звучал
успокаивающе, но почему-то Этлау
внезапно затрясло, как будто он
увидел Разрушителя в чистом обличии.
- Я не думаю, что ты не узнал меня, ибо
под МОИМ именем ты карал и мучил,
щадил и миловал. Теперь же пришел и
мой черед показать тебе грехи твои.
В тот момент
инквизитор готов был самолично
сдаться Западной Тьме, нежели пойти
с ЭТИМ “человеком”. Поднявшись с
колен, Этлау вышел из двери и вслед
за СПАСИТЕЛЕМ побрел по полю.
-Люди, - снова
начал человек в белом, - не могут
прожить свою жизнь, так и не разу не
согрешив. Даже ты появился во грехе,
сын мой. Но ты прав: каждый грешит по-своему.
Кто-то может обидеть, кто-то украсть,
ну а кто-то даже отнять у другого
жизнь. И в конце своего “пути”
каждому воздастся по-своему. От
твоей руки погибали слишком многие
люди, чьим грехом было только то, что
они оказались рядом с тобой! Теперь
же пришло время Суда, но судить
теперь будешь не ты, судить теперь
будут ТЕБЯ.
Они остановились.
В пяти шагах поле заканчивалось
чернеющим провалом. Так же, как и
оборвалась жизнь инквизитора, точно
так же обрывалось и оно - внезапно и
быстро. Этлау понимал, что он ошибся
в своих представлениях о счастливой
загробной жизни. Она была загробной,
но отнюдь не счастливой. Его ждал
суд, и кто знает, каким будет
приговор. Оставалось только одно -
бежать прочь от этого места, которое
еще недавно инквизитор считал
священным. И он рванул, да так быстро,
что буквально через секунду
сорвался вниз с обрыва и, услышав не
то вскрик, не то вздох спасителя,
полетел в черную бездну.
Движение было
убийственно быстро. Воздух не хотел
входить в легкие, но не страх смерти
по-настоящему пугал инквизитора,
нет.
Смех. Страшный
смех, что сделал бы честь любому из
Великой Шестерки. Он был странным
образом как будто внутри, сжигая все
существо без остатка. Он, казалось
бы, боролся с криком Спасителя,
оставшегося наверху и не
последовавшим за Этлау.
Две страшные силы
боролись за его душу, и Отец-экзекутор
третьего ранга с ужасом понял, что
не знает, кого боится больше. Жить,
жить, во что бы то ни стало. Любой
ценой.
-Прими меня, и
вернешься обратно, наделенный силой
отомстить, -
услышал Этлау
голос, раскалывающий череп.
-Я согласен, -
против своей воли взвопил
инквизитор. Слова словно рвались
наружу, разбивая любое
сопротивление.
-Существуй! -
услышал он, и тьма окутала его
сознание.
***
-Теперь этот мир
мой!
-Ошибаешься. У
него еще есть, чем защитить себя.
-Заемная мощь - с
презрением бросила Сущность.
-Такая же, как и
твоя - спокойно, как всегда,
парировал Он.
***
Свет перед
глазами, казалось, выжжет под веками
все, но сознание медленно
возвращалось.
-Отдыхай, брат, -
услышал Этлау - ты достаточно
потрудился сегодня.
Спать. Конечно,
спать. Теперь все пойдет по-новому.
Пришло его Второе Рождение.
|
