Работа: Победа плоти над духом

Боль пронзала и обжигала, рвала и терзала тело тысячами невидимых ножей. Преподобный отец Этлау держался из последних сил, но, и ему было ясно, что конец близок, а надежд на спасение нет. Облако, то самое облако, что наслала проклятая Спасителем Атлика… Из чего же оно состояло то, а?

   Тёмное наследие Великого Салладорца медленно, но верно, уничтожала несчастных обитателей города, разрывая их плоть на мельчайшие кусочки, поедая и переваривая каждую волосинку, каждый фрагмент кожи. Лист, подумал отец Этлау, я лист, которого методично поедает саранча. Мне больно… но это не более чем очередное испытание Спасителя, и я пройду его, как и прошёл предыдущие. Ведь сила Спасителя неизмеримо больше чем вся Тьма вместе взятая.

   Оцепенение… Серая мгла затмившая солнце… Тысячи воющих от боли людей… Они все скованы, они не могут шевельнуться, их лица превратились в гримасу боли, а различные части тела наливаются чернильной темнотой, как будто злая сила поставила кляксы на плоть человеческую, и кляксы те разрастаются, расширяются. Боль достигла своего апогея, и отец Этлау с ужасом заметил, что его левая кисть постепенно превращается в сгусток Тьмы, той самой Тьмы, борьбе с которой он посвятил свою жизнь. Выходит он теперь встанет под её знамёна, и двинется на своих бывших братьев войной? Помутившийся рассудок ещё успел зафиксировать эту иронию судьбу, но наконец-то Спаситель смиловался над ним, и Этлау потерял сознание.

   …он лежал на животе, раздетый и накрытый лёгкой периной. Сердце стучало спокойно и равномерно, голова стремительно прояснялась, а самое главное -  боль исчезла! Преподобный отец решил было встать и постараться разобраться в обстановке, но тут он понял что в комнате ещё кто-то есть.

 - Этот, что ли? – раздался негромкий голос над его ухом.

 - Этот самый, - ответил другой голос, тоже негромкий, но сильный, привыкший отдавать приказы. – Сойдёт.

 - Немолодой уже, - усомнился первый голос. – Выдержит? Да и согласится ли?

 - Выдержит, - ответил второй, и Этлау послышалась усмешка в его тихом, но почему-то очень пугающем голосе. - Никуда ему не деться. А насчёт согласия… Сейчас мы проверим.

   Незримая сила приподняла отца Этлау, и аккуратно перевернула на спину. Он постарался притвориться спящим, ибо проходить, какую бы то ни была, проверку ему не хотелось.

 - Он ещё не очнулся, - заметил первый. – Как же мы сможем убедиться, что он будет согласен принять на себя миссию?

   Холодное прикосновение чужеродной магии… Незримые лучи, сканирующие его мозг, его душу… И голос - спокойный, невозмутимый…

 - Он не спит.

   Больше не было смысла притворяться, и Этлау медленно открыл глаза. Пред его взором предстали двое мужчин, первый -  среднего роста, в пурпурном балахоне, с гладко выбритым лицом; второй же, высокий и стройный, с аккуратно подстриженными усиками, носил простую белую рубашку, коричневые, заправленные в высокие сапоги, штаны, и короткий меч-гладиус.

 - Здравствуй, человек, - приветствовал его высокий, и Этлау понял, что этот мужчина  - главный. Он узнал обладателя второго голоса.

 - Здраствуйте, здраствуйте, - пробормотал он, озираясь.

   Он находился в небольшой комнате, абсолютно пустой, если не считать той странной кровати на которой он лежал. Одежда, в которую он был одет совсем недавно, исчезла, и хотя он был укрыт мягкой и приятной на ощупь периной, инквизитор почувствовал себя неловко. Незнакомцы смотрели на него с равнодушием, и, казалось, ждали, чтобы он осмотрелся и привык к обстановке.

 - Где я? - выдавил из себя, наконец, отец Этлау. Он старался держаться мужественно, как и подобает ревностному хранителю святой Веры, но голос его немного дрожал. – Кто вы?

 - Ну, этот нам не будет сопротивляться, - заметил тот, что в балахоне. – Он явно не из того теста...

 - Согласен, - кивнул высокий. – Тот, отдавший свою жизнь за спасение ничтожного мирка, был другой. Этот же – смертен, и физическая оболочка представляет для него самую главную ценность.

 - Я чувствую у него зачатки интересной силы, - задумчиво произнёс первый. – Странная сила котороя не является... хм... преобразованная коллективная мощь...

 - Я её почувствовал ещё раньше, - потвердил высокий, и погладил свои щегольские усики. – Потому я его и вытащил из гибнущего города. Локальные баталии этого мирка меня не интересуют, но эта сила, а точнее – непоколебимая вера в высшую силу... Чем-то сродне тому, погибшему, не так ли?

 - Да, вокруг него тоже разливалась такая сила, но её проихождение было... ага, он разливал эту силы своим присутствием! Смертные верили что он их защитит, и потому в них скапливалась эта вера, ставшая в последствии своебразной...

 - Да, ты прав, - прервал его высокий. – Вера в сверхмогущее существо – тоже сила. А у этого смертного, этой веры так много, что он становится силой сам по себе. Интересно, что сказал бы этому поводу главный Строитель...

   Отец Этлау переводил взгляд с одного говорящего к другому, и у него зародилось подозрение, что они относятся к нему как к домашнему животному, которое ничего не понимает, и потому, можно свободно беседовать в его присутствии.

 - Кто вы? – повторил он. - Где я нахожусь? Где Арвест?

 - Приступим? – спросил невысокий, и, получив одобряющий кивок в ответ, щёлкнул пальцами правой руки.

   В глазах преподобного отца помутилось, реальность поддёрнулась разноцветной дымкой, и, мгновение спустя, он обнаружил, что сидит в удобном кресле. Теперь он не был наг – на нём была его белая ряса, символ Спасителя висел на шее, и это придало инквизитору уверености. Напротив него сидели те двое, что вытащили его из гибнущего Арвеста, сидели в таких же удобных креслах, и пристально смотрели на него.

 - Задавай вопросы, человек, - произнёс высокий. – Я вижу ты жаждешь получить некоторые разъяснения. Спрашивай.

 - Кто вы? – в третий раз спросил Этлау. – Где я? Что стало с Арвестом?

 - Мы – Строители Пути. Ты находишся в безопасном месте. Если Арвест это название города – то он погиб.

 - Вы  представители Западной Тьмы? – слабо спросил Этлау. – Это вы уничтожили город? Кто из вас Салладорец?

 - Локальные силы или персонажи, - пояснил высокий своему напарнику, недоумённо смотревшего на инквизитора. – Он принимает нас за кого то. Мы не знаем кто такой Салладорец, - пояснил он, обращаясь уже непосредственно к Этлау. – Мы не представляем запад или восток, и мы не уничтожаем. Мы создаём. Мы творим. Мы строим великий Путь.

 - Что вам от меня надо?

 - Вот теперь ты говоришь по делу. В твоём мире появилась новая сила, чужеродная и враждебная. Эта сила, этот человек, хранит у себя весьма мощные артефакты, мешающие процессу творения. Нам нужны эти артефакты!

 - Уж не говорите ли вы о Неясыте, аколите Тьмы? – осенило инквизитора. Увидев что его гости недоумённо переглядываются, он пояснил, - в нашем мире появился человек, вставший под знамёна тьмы. Он противен самому Спасителю, он несёт смерть и разруху! Он исчадие зла, и никто не знает откуда он.

 - Видел ли ты его? – спросил невысокий Строитель.

 - Видел ли я? – вскричал преподобный отец, и стукнул по подлокотнику кресла. – Видел ли я? Я сражался с ним, как и подобает инквизитору!

 - Похвально, вельми похвально, - сдержанно проговорил высокий мужчина. – Мы вернём тебя на землю, подальше от погибшего города. Мы дадим тебе силу и могущество, ибо волей прихоти этого странного мира, мы не можем спуститься вниз, к вам. Мы поможем тебе захватить... гмм... аколита Тьмы, и обе стороны будут довольны – ты избавишся от недруга, а мы получим свой артефакт.

 - Ладно говоришь, - прищурился Этлау. – А быть может ты будешь использовать меня аки марионетку. Человек ли ты?

   Высокий Строитель одарил инквизитора тяжёлым и холодный взглядом.

 - Я не человек. Я – Строитель Пути. Я выложил свои карты, ибо сотрудничество выгодно нам обоим. Я спас тебя, и ты будешь делать то, что я тебе накажу. Понятно ли тебе?

 - А вдруг ты меня искушаешь? – засомневался Этлау. – Быть может ты неискреннен со мной. Быть может ты преследуешь собственные, тёмные цели? Что будет если я откажусь сотрудничать с тобой?

   В тот же момент страшная, ни с чем не сравнимая, боль согнула инквизитора, заставив его кричать и извиваться. То, что он ощутил в гибнущем Арвесте, было не более чем укол, по сравнению с тем, что он переживал сейчас. Боль была везде, боль пронизывала его насквозь, боль терзала его тело мирриадами раскалённых щипцов. Его глаза застлил туман, но не разноцветный как раньше, а серый и тоскливый, туман, который сгущался и темнел всё больше и больше, пока не превратился в сгусток абсолютной тьмы.

 - Я могу прекратить твои мучения, - ворвался в его сознание голос. – Я могу избавить тебя от боли. Хочешь ли ты этого?

   Это испытание, подумал Этлау, это не более чем испытание. И я выдержу его!

 - Ты стоек, - вновь раздался голос. – Я умею ценить стойкость. Твоя вера сильна, и потому я уверен что мы сделали правильный выбор. Но, извини,  мне надо сломать тебя.

   Боль, столь нетерпимая и страшная, усилилась, хотя и тяжело было поверить что такое возможно. Этлау плавал в океане боли, и его разум не выдержал.

 - Прекратите это, - прохрипел он (это его голос? быть не может!). – Я согласен на всё. Я буду работать с вами! Я сделаю всё что от меня требуется! Только прекратите боль!

   Он вновь сидел в удобном кресле, облачённый в рясу и со знаком Спасителя на тонкой цепочке. Напротив него вновь сидели двое Строителей.

 - Ты понял на что мы способны. Ты выполнишь свою миссию до конца. Ты получишь от нас силу и амулеты. Но запомни – нам нужен Неясыть.

 - Я понял вас, - склонил голову Этлау. Что-то подсказывало ему что если эти Строители заполучат некроманта Неясытя живым, сей мир будет в не меньшей опсности чем теперь. Но выбора не было. В конце концов, можно будет и схитрить – поймать некроманта и уничтожить. И тогда они не получат ничего.

 - Но есть одна проблема, - произнёс высокий Строитель. – Быть может ты захочешь обмануть нас? Человек слаб, и плоть его слаба, а посему ты можешь выйти отсюда с невиданным могуществом, и постараться обвести нас вокруг пальца.

 - Нет, да что вы! – замахал руками Этлау. – Ни в коем случае!

 - Ещё недавно ты не хотел сотрудничать с нами, но физическое давление заставило тебя изменить своё мнение. Быть может, ты не лжёшь, и будешь сотрудничать с нами. А может и будешь преследовать свои собственные цели. Наша задача – сделать так, чтобы ты не передумал.

 - Что же вы намерены сделать? - дрожащим голосом спросил Этлау. Эх, видел бы кто нибудь из братьев-инквизиторов его в таком виде, подумал он. Его, стойкого и непоколебимого экзекутора первого ранга! Но память о боли была слишком свежей в его сознании.

 - Мы сделаем так чтоб ты не мог хитрить. Мы не шутим, и миссия наша слишком важна, чтобы рисковать ею из-за прихотей простого смертного.

 - Мы вживим в тебя некоторые датчики и приспособления, - подхватил низкий Строитель. – Какие именно – знать тебе необязательно. Запомни – ты не сможешь изменить нашему уговору, потому как мы будем следить за тобой. И каждый раз что ты надумаешь солгать нам...

   И вновь боль, и вновь муки, и вновь его искажённый голос, молящий о пощаде. И вновь удобное кресло, и вновь внимательные глаза его собеседников.

 - Я не буду лгать вам, - прошептал Этлау, сломленный и готовый на всё.

 - Мы знаем, - ответил невысокий. – Мы знаем. Но нам надо подстраховаться, потому мы немного изменим тебя... не внешне, конечно же. Извини, но тебе будет немного неприятно, да и нам, придётся принять своё настоящее обличие.

   Этлау не успел ничего сказать, да и что он мог поделать? Невидимая сила вновь подхватила его, закружила и мягко уложила на гладкий стол из непонятного материала. Вспыхнул яркий свет, и две фигуры надвинулись на него, сжимая в руках (лапах?) сверкающие металлические предметы. Странно изогнутые ноги, мускулистые тела, нечеловеческие лица-морды... Фигуры склонились над ним, и Этлау почувствовал как скальпели режут его плоть, вскрывают внутренности и кромсают мясо. Он закричал, моля о пощаде, но Спаситель отвернулся от него, и, за всю операцию, он так и не потерял сознание...

Просим поставить оценку этой работе:

Ошибка соединения с базой MySQL!

Обсуждать конкурсные работы можно в специальной рубрике на Форуме.