Работа: Утро в Межреальности

 Утро в Межреальности – это не утро в полном смысле этого слова. Это лишь некий промежуток времени, по привычке отсчитываемый где-то в потаенном уголке сознания. Тик-так, ходят невидимые часики. Ведь даже богам нужно иногда спать. А я и мой брат были задуманы Творцом не как боги – мы лишь сумели стать им равными по Силе. Ну или сильнее.

 Нет, конечно, во сне нет необходимости, как таковой. Даже более того, хорошо делающий свое дело Бог ни на секунду не должен терять время – ведь секунда здесь может означать несколько часов в каком-нибудь мире.

 Но спать все равно хочется.

 - Вставай, лежебока, проспишь самое интересное! – знакомый голос  прорычал над ухом так сильно, что я даже поморщился.

 Впрочем, то, что я бог, все же дает некоторые преимущества – на секунду застыв, улавливая последние блаженные мгновения безделья, мое тело перенеслось на другой конец нашего не очень большого, но, как я уверен, весьма непростого, дворца. Мой брат уже ждал меня, улыбаясь и скрестив руки на груди.

 - Брат, ты ведешь себя как какой-то смертный – теряешь столько времени на то, чтобы поваляться в постели, тогда как жизнь проходит мимо. Не забывай – вечность проходит быстро, ты ведь сам любишь это повторять.

 - Как какой-то смертный? А кто из нас двоих, по-твоему, проводит в облике смертного едва ли не большую часть времени, подвергая риску не только себя, но и все, что мы делаем? – мой голос звучал спокойно, а на губах играла усмешка. Вечный спор богов. Эх, знали бы смертные, какие вопросы сейчас обсуждают их покровители и защитники...

Ракот улыбнулся в ответ.

 - Да ладно. Но перейдем к делу – голос зазвучал серьезнее – ты ведь знаешь, зачем я тебя позвал?

 Я молча кивнул. Промедлив еще секунду спросил:

 - Он здесь?

 - Да.

 - Ну чтож, тогда давай его сюда.

 Миг – и перед нами возник человек. Не просто человек – воин. Великий воин, наравне с которым в Упорядоченном мог сойтись мало кто... Хотя сейчас Губитель был уже не так силен – его схватка с Возрождающей, хоть и остановленная «велением свыше», все-таки дала о себе знать. Впрочем, Возрождающей было сейчас не легче. Другое дело, что для нашего плана она не годилась, и поэтому ей была предоставлена полная свобода. Ну почти полная – на продолжение схватки с Губителем ей нечего было и надеяться. По крайней мере, пока он не сделает то, что нужно нам. Да и ему, вобщем-то тоже, хотя он пока и не знает об этом...

 - Здравствуй, Губитель. – произнес Ракот.  – садись, разговор предстоит не очень долгий, но важный. Важный не только для нас, но и для тебя. А от решения, которое ты примешь, может зависить судьба всего Упорядоченного... или, по крайней мере, немалой его части...гм..эээ.... – он замялся. Брат был отличным стратегом, великолепным тактиком, искусным воином – но там, где дело касалось обсуждения каких-либо вопросов, обычно брал дело в свои руки я. Так произошло и сейчас.

 - Мой брат хочет сказать, - начал я, садясь за стол напротив Губителя.  – что у нас есть к тебе, гм, деловое предложение.

 Тотчас же, повинуясь почти инстинктивному движению мысли, на столе возникли три кубка и бутыль с отличным вином, притащенным Ракотом из какого-то далекого мирка, где, как он уверял, практически не было магии. Сам я уже вышел из того «возраста», когда хотелось знать все обо всем, и поэтому сообщение о существовании такого мира уже не вызвало прежнего энтузиазма. Все,  что мне запомнилось о том мире, так это то, что там делают замечательное вино, с которым не сравнятся даже лучше сорта вин Хьерварда.

 Мой собеседник взглянул мне в лицо изучающим взглядом, затем сказал:

 - Я уже догадался, могучий Рагнвальд. Прости, не знаю твоего настоящего имени. Но я больше не служу богам. Ни старым, ни Новым.

 - Речь идет не о служении, а лишь об услуге. Услуге, за которую мы готовы заплатить. И – я позволил себе улыбнуться – если бы тебя это не интересовало, ты бы сюда не явился по нашей просьбе.

 Губитель ухмыльнулся, и на секунду у меня возникло ощущение, будто передо мной сидит обычный смертный, до того человечной была эта ухмылка. Видимо, перипетии последнего времени, произошедшие в Хъерварде, навсегда отпечатались в сознании этого существа, некогда бывшего лишь бездумным оружием. Оружием невообразимой мощи.

 Ракот тем временем налил во все три кубка вина, и поднял свой, приглашая и нас сделать это.

 - Итак, я постараюсь быть кратким. - продолжил я.  – Но всего рассказать тебе не могу, уж прости. Даже для богов есть законы, которые нельзя преступать.

 - Понимаю, - кивнул головой мой собеседник, отхлебнув из своего кубка – я, к тому же, не уверен, что ваши секреты так уж мне интересны.

 - Хорошо, - немного помедлив, сказал я – Значит по существу. В одном из миров Упорядоченного недавно была освобождена сила сразу нескольких мощных артефактов..

 - Арте.. что?

 - Артефакт. В данном случае – магический предмет. Но не в словах суть. Так вот эти артефакты в данный момент набирают силу. И, что самое важное, они стремятся навстречу друг другу. И их столкновение...гм...просто уничтожит мир. Не останется даже выжженной пустыни.

 Губитель молчал, глядя в свой кубок с вином. Я представлял, о чем он сейчас думал. О выжженых пустынях миров, которые когда-то оставались за его собственной спиной и являлись творением его же рук. Если его оружие можно назвать его руками.

  - Но есть и еще кое-что. Этот мир – не просто мир. Не вдаваясь в подробности – в Упорядоченном есть несколько десятков миров, являющихся некими опорными точками. Погибнет один – в разы ослабнут другие. И в разы ослабнет Упорядоченное перед Хаосом.

 - Что требуется от меня. – спросил Губитель, снова глядя мне в глаза. Но теперь его глаза не были глазами обычного человека – два бездонных провала, казалось, затягивали меня в свою глубину.

 Хотя я, вобщем-то, тоже так умею.

 - Подожди, я не закончил. Есть еще вещи, которые тебе необходимо знать. Во-первых, эти артефакты нельзя уничтожать. Их сила – часть силы Упорядоченного, часть нашей силы. И не просто части – средоточия. У нас есть основания полагать, что к их созданию приложили руку наши с тобой общие знакомые.

  Было видно, как под видавшим виды серым плащом напряглись могучие плечи моего собеседника. Я кивнул головой, отвечая на оставшийся невысказанным вопрос:

 - Да, это Молодые Боги. И более того, я и мой брат -  я бросил взгляд на Ракота, молча слушающего наш разговор – считаем, что они сейчас ищут эти артефакты. Думаю,  тебе не нужно объяснять, зачем.

 - Я понял – голос Губителя звучал глухо – что я должен сделать?

 - Ты должен собрать воедино все артефакты. Лишь у тебя хватит сил удержать их от воссоединения.

 - Почему именно я?

 - Ну, как тебе сказать... твой меч, - при этих словах рука моего собеседника дернулась к бедру,  - он тоже принадлежит к числу этих артефактов. И, прости, если тебя обижают такие слова, но все эти артефакты создавались как оружие для подобных тебе.

 - Хорошо. Но какой интерес в этом всем для меня?

 - Ты получишь то, о чем давно мечтал – полную свободу. – голос Ракота второй раз за сегодняшнее утро показался мне сегодня слишком громким.

 - Но я...- лицо Губителя стало похоже на каменную маску, за которой слишком легко можно было угадать кипящие эмоции. Видимо он действитель был сейчас больше человеком, чем орудием богов.

 - Сейчас  - да. – прервал его я. – Ты свободен. Но ты не забыл мои слова о том, что и твой меч является оружием, созданным Молодыми Богами. А вместе с ним – и ты сам. С каждым захваченным артефактом их влияние на оставшиеся будет возрастать, и есть все основания предполагать, что они смогут вновь подчинить тебя себе. Вернее, уже не смогут – мы с Ракотом возьем тебя, так сказать, под свою опеку. А потом, когда ты покончишь с этим всем, мы уничтожим связь между мечами.

 - А почему бы не уничтожить ее сейчас?

 - Потому что, как я уже сказал, у богов есть свои правила. Мы не имеем права вмешиваться сами, пока эти артефакты принимают активное участие в судьбе миров, через которые они проходят. И пока, пока существует связь между тобой и Мечами, кроме тебя почти никто не сможет обуздать их мощь.

- Мечами?

- Каждый из артефактов выглядит как меч, хотя это лишь внешняя форма. Но это неважно сейчас. Мы ждем твоего решения.

Воцарилось молчание. Брови Губителя были нахмурены, взгляд был устремлен куда-то в пустоту. Я представлял, что сейчас творилось в его душе – бывшая игрушка богов, отчаянно не желающая одновременно и не стать игрушкой других богов, и при этом не вернуться к прежним хозяевам.

 Затем он сказал:

 -  Хорошо, я согласен.

 Я улыбнулся.

 - Я был уверен, что ты согласишься. Итак, вначале ты должен будешь отправиться в мир под названием Мельин. Действуй по обстановке, и постоянно поддерживай с нами связь. Если чего-то потребуется, незамедлительно обращайся к нам, не стоит излишне уповать на своих силы, даже несмотря на то что их у тебя немало.

  В разговор вновь вступил Ракот:

 - Я создам тебе новую личину. Нет, не спорь – я знаю, что ты и сам можешь это сделать, но будь уверен – мою магию не распознает никто. Ну и некоторые полезные особенности – ты можешь покидать новое обличье, когда тебе этого захочется, и без траты сил восстанавливать его. Пребывание в теле смертного, сам знаешь, накладывает многие ограничения, которые тебе зачастую будут сильной помехой.

 - Оружия мы тебе не дадим – добавил я, - его слишком легко обнаружить. Да ты, я уверен, и не возьмешь...

 - Не возьму – сказал Губитель. На этот раз его улыбка была больше похода на хищный оскал.

* * *

- А, очухалась... - Кицум сидел на своем облезлом сундучке и пил дымящийся чай из костяной потрескавшейся кружки. Фургон немилосердно трясло, однако старый клоун неведомым образом ухитрялся не пролить ни капли.

Боги! Кицум пьет сутра чай!

- Давай-ка за дело, остроухое отродье. Вон котлы с вечера нечищены. А воды за тебя - и сюда и господину Онфиму - Троша натаскал. Дала б, что ли, парню в благодарность...

Девушка (вернее сказать - девочка; по человечьим меркам она выглядела лет на четырнадцать, не старше; а сколько по счету нечестивцев Дану, всякий верующий в Истинного Бога никогда не станет и задумываться) насмешливо присела, пальчиками оттянув в стороны складки широких порток.

- Если ты пьешь чай, то неужто сие значит, что бочонок гномояда показал дно, о почтенный Кицум, да не опадет белизна грима с твоих щек на помосте? - Агата ловко увернулась от пущенного ей в голову драного башмака и показала старику язык.

            Лишь когда она отвернулась к спящему Троше, старый клоун критически осмотрел себя, двигая руками так, словно они были для него чем-то непривычно новым. А затем он, улыбнувшись, откинулся на стенку, у которой стоял сундук – его импровизированный стул, и вздохнул.

            Путь Губителя по миру смертных продолжался.

Просим поставить оценку этой работе:

Ошибка соединения с базой MySQL!

Обсуждать конкурсные работы можно в специальной рубрике на Форуме.